Триединый

— А как она выматывала наставника по фехтованию! Аманда полагает, что Селия так компенсирует свое неумение летать, подобно брату и матери. Мне же кажется, что ей просто нравится… А вы, Виктор, должно быть, тоже тренируетесь в каждую свободную минуту? Ваше мастерство боя впечатляет. Полагаю, такого уровня невозможно достичь без самоотверженных занятий!

— Благодарю вас, саэр Лейхандер. Тренируюсь ежедневно, — я почти не покривил душой, ведь чуть ли не каждую ночь в Гелдерне выслеживал преступников.

— Похвально, — кивнул отец Селии.

Мы начали подниматься по лестнице.

— Вы еще не думали, чем займетесь после школы? — внезапно спросил Ульвар.

— Пока нет, саэр Лейхандер. Друг моего отца предлагал пойти в Корпус стражей. Но я еще не уверен.

— Это достойное занятие… А вы никогда не хотели связать жизнь с мореплаванием?

Будто наяву я почувствовал ветер, бьющий в лицо вместе с солеными брызгами. Под ногами качалась палуба.

Все было настолько реально, что я дернулся, как при внезапном падении во сне. Пошатнувшись, чуть не скатился с лестницы. Сумел удержаться, вцепившись в отделанные экзотическим деревом перила.

— Виктор, что с вами? — рядом возник Ульвар.

С тревогой глядя на меня, он протянул руку, чтобы поддержать, если я вдруг снова попытаюсь упасть.

— Не беспокойтесь, саэр Лейхандер. Все в порядке. Во время землетрясения в школе мне на голову свалился кусок штукатурки.

— Вам нужно скорее лечь, — озаботился он. — А я приглашу доктора.

— Пожалуйста, не стоит так тревожиться из-за меня! — запротестовал я. — Все уже хорошо!

— Пускай это скажет врач, — недопускающим возражений тоном заявил Ульвар.

Как я не сопротивлялся, меня быстро запихнули в постель. Несмотря на позднее, по здешним меркам время, отец Селии послал за доктором.

Приехав, врач внимательно осмотрел меня, после поводил руками над головой.

— Молодой человек здоров, его жизни ничего не угрожает, — объявил он.

Его авторитетное мнение всех успокоило. Толпившееся возле моей кровати семейство Лейхандер и рота слуг позади, пожелав мне доброй ночи, покинули помещение.

Лежа в темноте, я слушал отдаленный плеск волн, то и дело возвращаясь мыслями к произошедшему на лестнице.