Триединый

Несколько шагов — и она растворилась в свете пасмурного дня, смешанного с круговертью поднимавшейся вьюги…

Глава 17

Еще до Турнира Доблести отношение школьников ко мне изменилось. Никто больше не пытался меня задеть. Выражать презрение тоном, мимикой или жестами также никто не решался. По большей части меня просто игнорировали.

После турнира все будто внезапно узнали о моем существовании. При встрече меня приветствовали. Со мной стали заговаривать — и не только одноклассники. Меня даже несколько раз звали погулять в город.

Если раньше я был бы рад завести новые знакомства, то теперь по привычке держался обособленно. Предложения развлечься отклонял. И даже не потому, что не хотел — у меня элементарно не хватало сил. Я едва успевал делать уроки и засыпал чуть ли не в любую свободную минуту. Не знаю, как справлялся Брюс Уэйн, а мне тяжело было совмещать ежедневную учебу с полуночным патрулированием улиц.

Единственные, с кем я общался — это Фиорелла и Селия. Впрочем, у девушек тоже стало меньше свободного времени.

— Не желаю, чтобы нечто подобное повторилось, — объясняла свое рвение Лейхандер. — Что, если бы тебя не оказалось рядом? И потом, я никому не хочу быть обузой.

— Ты можешь быть только украшением и радостью, — ответил я. — Кто посмеет назвать тебя обузой?

Селия покраснела до корней волос.

— Спасибо за твои слова, — смущенно опустив глаза, сказала она. — Но все же я обязана стать сильнее.

После этого она спросила, не соглашусь ли я провести с ней несколько боев.

Мэльволией двигали иные мотивы.

— Я должна заслужить медаль, которую мне дали, — решительно сообщила она. — Для этого мои навыки обязаны стать безупречными. К тому же, долг отпрыска рода Мэльволия — быть лучшим во всем. В бою с Драйсом я провалилась.

— Зангар обдолбался запрещенным зельем, — возразил я. — Грегорис, друг моего отца, утверждал, что с ним в тот момент не сумели бы совладать и многие взрослые.

— Это не имеет значения, — отрезала ледяная королева. Ее фиолетовые глаза горели непреклонностью. — Отец говорит, что любые оправдания — это проявления слабости и лени. Нужно быть сильнее обстоятельств. Неважно, что дает силу сопернику — я должна превзойти его в любом случае.

Когда мы расстались, я думал о том, что с такими взглядами на жизнь, Фиорелла рискует заработать нервный срыв или свалиться от истощения.