Триединый

Не уезжай, — приказал я извозчику.

— Слушаюсь, саэр!

Дед принял меня в большущей богато убранной комнате. На стенах висели многочисленные портреты в золоченых рамах. Надо полагать, предки.

Отец Эзерина был удивительно похож на него. Точнее, наоборот, — Эзерин Ардисс походил на своего родителя. Тот же рост, те же черты лица…

Впрочем, имелись и отличия. У Линнерарда волосы оказались седыми. Кроме усов, он носил короткую ухоженную бороду. И еще дед был грузнее.

Поднявшись при моем появлении, Линнерард Ардисс произнес:

— Здравствуй, Виктор.

Рад приветствовать тебя в городской резиденции рода Ардисс. Надеюсь, это место станет для тебя родным.

— Приветствую вас, саэр, — поклонившись, вежливо ответил я.

— Присаживайся, — дед подал пример, опустившись в мягкое кожаное кресло. — Желаешь чаю? Или чего-нибудь еще?

— Благодарю вас, — я сел. Кресло оказалось удобным. — Пожалуй, откажусь.

— Что ж, если вдруг передумаешь — только скажи.

С минуту мы молча разглядывали друг друга.

— Ты пошел в мать, — наконец, нарушил тишину дед.

— У тебя ее глаза, ее волосы.

— Это плохо? — при упоминании Росальбы, я почувствовал напряжение. Если он только попробует сказать о ней что-нибудь дурное…

— Отнюдь нет, — ответ Линнерарда оказался неожиданным. — Она очень красивая женщина. В этом плане я прекрасно понимаю выбор Эзерина.

— Не знал, что вы знакомы с мамой, саэр.

Он посмотрел мимо меня, точно припоминая что-то.

— Мы встречались один раз. Когда твой отец привел ее сюда, чтобы представить нам.

— Слышал, это знакомство плохо кончилось для папы, — не удержался я.

Дед пристально посмотрел мне в глаза.

— Он нарушил волю рода. Поставил всех нас в сложное положение. Подобное неповиновение не прощается никому. И поступив по-своему, твой отец знал, на что шел.

Мне хотелось возразить, сказать, чем должна быть настоящая семья. Но понимая бессмысленность подобного поступка, я сдержался. Вместо этого, максимально вежливо поинтересовался:

— Могу я узнать, с какой целью вы пригласили меня, саэр?

— Ты слишком прямолинеен, — заметил Линнерард с оттенком неодобрения.

— В иных ситуациях это неплохо. Но не во время бесед и переговоров. Полагаю, это объясняется твоим возрастом и некоторыми пробелами в воспитании. Видимо, Эзерин не сумел научить тебя всему, что требуется молодому человеку твоего положения.

— Отец дал мне все необходимое, — отчеканил я, вновь начиная сердиться. — А если чего-то мне и не хватает, то точно не по его вине.