Каникулы бога Рандома - 3

Я не понимаю.

— А ты на себя посмотри, — ответил я со внезапной догадкой и, прежде чем она успела обидеться, добавил: — Имею в виду, ты же не в своём теле. А как орчанке попасть на Олимп?

— Точно, — она аж присела от внезапного озарения. — Но тогда, что же получается, у нас вообще не получиться? — её глаза принялись расширяться и вновь наполняться слезами. — Это я теперь всегда в этом теле, — она ущипнула себя за руку, — существовать обречена? Ладно недельку-другую, но вечность... Так, стоп, а если мы теперь привязаны к этим телам, то мы — смертные что ли?.

— Я не знаю, — мне действительно нечего было ответить на это, я мог только предполагать. — Но мне кажется, что дело тут в именно в нехватке божественной благодати.

— Но у меня же полная шкала, — она показала мне свою зелёную руку. — Почему этого не хватает, чтобы переместиться?

— Потому что туда могут перемещаться только боги, так? — я принялся рассуждать, полагая, что хотя бы так приближусь к какой-нибудь истине. — Простые тела, будь то люди, орки или гномы, для этого просто не приспособлены.

— Ты не мудри, пожалуйста, — попросила Силикона. — И обычным божественным языком расскажи, что имеешь в виду!

— Я имею в виду, что сколько бы у тебя не было благодати в таком теле, её никогда не будет достаточно, чтобы вернуться на Олимп, — выдал я, вдруг поняв, что дела обстоят именно так. — Поэтому нам необходима чья-то помощь.

— Чья именно? — богиня собралась и включила мозг на полную катушку.

— А вот это уже тот вопрос, на который нам с тобой предстоит найти ответ. Пока у меня есть две кандидатуры: бабушка Смерть и Бухарыч, так как они в своих телах, и ничего им не должно помешать попасть на Олимп. Если он всё ещё существует...

— Если он всё ещё существует, — эхом откликнулась Силикона. — За что я тебя люблю, так это за неистребимый оптимизм.

«Каникулы затягиваются? — с некоторым неудовольствием спросил меня Игорь, внимательно слушавший наш разговор.

«Знаю, — ответил я. — Потерпи немного. Я что-нибудь придумаю».

— Я ни до кого не могу докричаться, — вдруг проговорила Силикона и так побледнела, что на её зелёном лице это оказалось очень заметно. — Вообще ни до кого. А без посторонней помощи хрена с два у нас что получиться с возвратом... Да отзовитесь же!

* * *

Когда Оралиус открыл глаза, он к огромному своему облегчению увидел над собой обеспокоенное лицо госпожи Лулулианы.