Последний архимаг

- Идем все, - в один голос решили они и скрылись за углом.

Послышались крики, звон металла о металл. Кажется, вышло громче, чем планировалось. Где-то вдалеке раздался глухой звон колокола, который вряд ли сулил что-то хорошее.

Я выбежал на лестницу. Двое солдат лежали на земле без чувств, но троих держали под руки. Их ранения были разной степень паршивости.

- Быстрее! – торопил всех все тот же голос. – Лошади долго ждать не будут.

Мы добрались настолько быстро, насколько нам позволяли раненные. Лошадей было шесть, поэтому я взял с собой одного раненого.

Только мы пришпорили коней, как нам в спину полетели стрелы. В кромешной тьме, освещаемой только лунным светом, ориентироваться было сложно, а на скорости управлять лошадьми, казалось, и вовсе невыполнимой задачей. Но три коня мчались сквозь сонный город, поднимаемый звоном колоколов. Отражаясь от стен, он, казалось, заполнял собой все пространство.

В нашем трио я скакал замыкающим, поскольку не знал дороги.

Холодный воздух ночи заставлял меня поежиться, а горло противно обжигал при каждом глубоком вдохе. Но быстрый бег и опасность погони все же с каждой минутой согревал меня все больше, чтобы не приходилось думать о том, что на мне только испачканная кровью рубашка.

- Лао, - послышался хриплый голос у меня за спиной.

- Что?

- Брось меня. Я не выживу. А без меня конь будет резвее.

- Ни за что! – оскалился я.

- Солнце все видит, даже когда мы думаем, что скрываемся во тьме, - слабым голосом пробормотал он.

- Ты бредишь? – обеспокоенно воскликнул я, но сразу же вспомнил о том, что это была одна из основных заповедей «Славящих солнце», как они называли себя. И хуже того, как правило, ее произносили перед смертью или казнью.

Я не успел среагировать, когда мой брат по духу расцепил руки на моей груди и слетел с лошади.

- Колио! – крикнул он мне, поднимаясь и вытаскивая клинок, блеснувший в свете луны. – Запомни это имя, брат! Я их задержу!

В гневе и обиде я стиснул зубы, прикидывая способен ли спасти этого безумца, жадно желавшего пожертвовать собой во имя общего блага. Шансов не было. Уже совсем близко блестели вражеские клинки.