Небеса Умоются Кровью 4. Путь Восходящего Солнца

Я стал ниже, а лицо полностью преобразилось. Орлиный нос, широкие скулы. Я выгляжу слишком угрожающе. Делаю лицо мягче и немного добрее. Добавляю массы. Стою перед зеркалом и работаю над собственным телом, словно скульптор.

Когда образ полностью готов, и мне удаётся удержать его несколько секунд, полностью приняв и прочувствовав его суть, ощущаю, что расход Ки спадает. На поддержание новой формы уходит самая малость, которую легко перебивает моё естественное восстановление энергии.

Отлично.

Теперь настало время показаться учителю и прогуляться по столице.

— Неплохо получилось, и облик выбрал довольно неприметный. Только по тёмным улочкам не шастай. А то выглядишь как несмышлёный пастух, впервые попавший в город. Точно нарвёшься на неприятности. И если такой безобидный здоровяк начнёт раскидывать грабителей… — он улыбается.

А я успеваю закончить фразу за него:

— Мне придётся менять облик, а энергии техника отнимает немало!

— Отлично. Я покажу тебе, как пользоваться маяком.

Ничего сложного нет.

Я выхожу недалеко от Академии в одной злачной подворотне. Сюда даже крысы не осмеливаются заглядывать, и не из-за опасности, здесь жутко воняет. Вокруг горы хлама, пропитанные дурно пахнущей жижей, словно алхимик вылил сюда результат неудачного эксперимента.

В столице листовки с моим портретом висят повсюду: не только на досках объявлений, но и на стенах, окнах, дверях, даже на проезжающих повозках.

Переночевав в таверне неподалеку от лавки Лунного Камня, на следующий день я иду напрямик к Лао. Работники встречают меня недоверчиво. Всё же мой облик явно не сходится с их привычными покупателями. Однако стоит мне упомянуть имя Лао и показать ту самую монету, как они сразу же становятся приветливее. Не каждый станет болтать о личном знакомстве с управляющим.

Пока я оглядываюсь, Лао лично выходит встретить меня. Он с недоверием рассматривает мою фигуру.

— Прошу простить, но вы не похожи на господина Рена, — показная вежливость, как броня, облегает его слова, хотя тон остаётся холодным.

Алхимик с прищуром всматривается в моё лицо.

— Простите, господин, что сразу не сказал, — извиняюсь я, почёсывая отросшее пузо. — Меня прислал Рен. В смысле, господин Рен. Он сам не смог прийти.