Тактик 4 том

– Эй, ты осторожней на поворотах, она может и пришибить, – произнёс я, с ухмылкой подталкивая книгу на роль относительно безопасного оружия в сторону библиотечной хулиганки.

– «На поворотах»? Что это значит? Да, она други, но разве я не права? – возмутилась Жасмин.

Почему-то девушка по фамилии Павлова тоже повернулась ко мне, а не к источнику странных оскорблений.

– … Ну, Агата весьма фигуристая, если бы это было важно, – заявил я.

Сложно не признать очевидного факта.

– Хм, то есть поэтому ты разделил с ней ложе? – продолжила странный опрос брюнетка, а други отчего-то зарумянилась, улыбнулась и спрятала лицо за ладонями.

– Нет, потому что тепло, – честно ответил я.

Повисла пауза.

– Хорошо, мой шакал. Тебе будет теплее, когда и я буду здесь спать! – заявила Жасмин.

– Нет, не будешь! – возмутилась Агата. – И вообще, ты всего лишь добыча, так что нацепила униформу и готовь завтрак!

– Нацепить что? Говори ясным языком, в книге, что я поглотила, такого слова не было! – перешла к более интересной для меня теме Жасмин.

– Да, как ты поглотила мой драгоценный учебник? Ты знаешь, сколько мне теперь проблем решать перед библиотечной школой? То есть школьной библиотекой? Он вообще-то дорогой, а я не сумею подделать документы и печати! С тебя раскрытие секрета о поглощении знаний! – быстро протараторил я.

Хотя, по словам тотема, я так собственно должен научиться поглощать любые книги в какой-то момент.

– Не встревай. Я буду спать здесь, други! – наклонившись над кроватью, самоуверенно произнесла переродившаяся брюнетка.

Вот это окончательно довело Агату.

Она встала во весь свой рост, чего противница явно не ожидала.

– Диво-то какое, дуб зелёный! – выдохнула Жасмин. – Цепи златые обвязать, да посадить кошку бродить! – тут сползло одно из одеял, обнажив частично фигуру други. Брюнетка уставилась ей в пупок. Чему-то кивнула. – Ладно, статная и в нужных местах дородная.

– То-то же! – кивнула Павлова, – Но по нашим законам ты в наложницы ему не годишься. Больно мелкая.

– Какого хрена? Ты должна была заявить, что я только твой, отвадить её от тупой идеи! Я с тобой о подобном говорил! – возмутился я. И так было понятно, что «мой шакал» меня называли неспроста. – И вообще, ты, Жасмин, пробовала меня убить.