Маг имперской экспедиции. Том 2

По ошарашенному лицу дедка было понятно, что я немного переборщил с платой. Но отбирать у человека обратно деньги не соответствовало моему статусу. Пусть лучше считает меня щедрым барином.

Для Зубатова мне удалось узнать даже больше положенного. Больше ничего по этому поводу узнавать у меня нет желания. Дело пахнет нехорошо. Даже хуже, чем вонь в кабаке.

Идти обратно в ателье пешком было бы выше моих сил. Я уже начал было сокрушаться о том, что в этом мире не придумали такси, как мой взгляд остановился на тех людях, которых до этого почему-то не замечал.

А ведь мне уже много раз встречались те ребята с запряженными в повозку лошадьми.

Убеждая самого себя в пользе активного образа жизни и постоянной ходьбы, я нанял извозчика за такие смешные копейки, что решил впредь кататься по городу только так. Едва мне удалось удобно откинуться на кожаном кресле, как на меня навалилась усталость. Пришлось приложить силы, чтобы не уснуть по дороге.

До ателье мы доехали быстро. Оказалось, что пути подбирать у меня получается не очень хорошо и я все время делал небольшой крюк.

Я попросил извозчика подождать меня немного, чтобы потом направиться в отель. Темнело либо от надвигающегося дождя, либо от наступления ночи, но любой из этих вариантов я бы предпочел переждать в своей небольшой комнате.

В ателье начинала собираться публика для постоянных посиделок. Судя по всему, время было уже вечернее.

Скучающая Лидия высматривала всех прибывающих.

Едва я зашел на второй этаж, она подошла ко мне и с несвойственной для женщины ее возраста неловкостью призналась, что забыла о запрятанных ей на такой случай шкатулках. В качестве извинения за причиненные неудобства мне вручили объемный сверток с костюмом.

Хозяйка ателье явно ожидала от меня злости или раздражения, но получила только хитрую ухмылку и загадочный смех. Вряд ли она могла догадаться о моих истинных мотивах этого похода за черным сахаром.

Я покинул ателье со свертком в руках и кусочком черного непонятного для меня вещества в кармане, который было уже незачем отдавать ей.

В отель мы доехали к сумеркам. Распрощавшись с извозчиком, я поднялся к себе в номер.

Едва мне удалось лечь в постель, как случилось одно из самых подлейших и злостнейших свойств человеческого организма: столь желанный сон улетучился и пришла бодрость.