Точка Бифуркации VII

– В какой больнице? – бросил я, откинув лишние мысли.

– Меня замели и ничего толком не рассказали... – выдохнул Смирнов.

– Понятно.

Вытащив из внутреннего кармана пиджака телефон, я набрал номер из записной книжки и уставился в окно.

– Алло, дядя? Нам нужно очень срочно найти человека, – не дожидаясь ответа, быстро промолвил я. – Самсонов Вадим. Известно, что не ранее чем прошлым вечером попал в больницу.

– Служак твой?

– Откуда знаешь?

– Работа у меня такая, – коротко усмехнулся Святогор и добавил: – Принял, работаем.

Положив трубку, я перевёл взгляд на сидевшего напротив боевого товарища и произнёс:

– Сейчас найдётся. А ты пока всё мне поподробнее рассказывай.

История, которую в следующие пятнадцать минут поведал мне Горелый, была стара как мир. Оборзевшие от вседозволенности аристократы против бедных и несчастных простолюдинов. Правда, если отбросить лёгкие прикрасы моего товарища и добавить то, что он позабыл упомянуть и рассказал только после дополнительных наводящих вопросов, выходило следующее: один из представителей нашей местной золотой молодёжи, полностью игнорируя правила дорожного движения, летел по ночному городу, и на одной из улиц, выскочив на красный, сбил на пешеходном переходе ныне лежавшего в больнице Самсонова.

Следом ехавший за своим господином джип с охраной, в отличие от первой машины, остановился. Вывалившиеся оттуда дуболомы осмотрели ребят, после чего их главный предложил всё быстро замять, путём пожертвования денег «на лечение бросившегося под колеса».

– Двадцать тысяч рублей, говорит, дадим! «Но чтобы без всяких заявлений», – злобно выдавил Смирнов. – А я гляжу на Самсона... а он едва шевелится, голова в крови... я и не выдержал, и как с психу их послал! Суки! Был бы автомат – пострелял бы этих тварей, отвечаю!

– Да уж… только вряд ли бы это помогло, – озвучил я свою мысль.

– Дальше скорая, полиция... – выдохнув, продолжил рассказ товарищ.

Что было дальше, я и без его слов знал, но предпочёл дать товарищу выговориться.

– Эти пид****ы меня сначала в кабинете закрыли, а потом пришёл их начальник, главный урод, и объявил, что это я своего друга избил! – буквально пылая ненавистью, выпалил Коля, и оглядываясь по сторонам, тише добавил: – Я, избил!..