Аргумент барона Бронина

Демоны, стоило им дорваться до человеческих селений, повели себя предсказуемо. Они попросту вырезали деревню за деревней, устраивая кровавые обряды и оргии на местах пожарищ и поганя землю.

Видимо Максимус передал им мою сигнатуру, но из-за особенности мира, толку в ней не было. Я уже догадался, что вся менталистика или глушится, или искажается. Вот и осваивают краснорожие территорию необъятной Российской империи.

Я уже всерьёз подумывал о том, чтобы раньше времени покинуть дом Медведевых и отправиться на охоту за старыми врагами.

Дворяне и простые жители Российской Империи не только не отчаялись, они обнаружили, что из демонов можно извлекать колоссальную пользу.

— … Кровь демонов, это самый настоящий бальзам долголетия и молодости, — вещал всё тот же усатый диктор из маговизора. — Плюс во время битв с этими созданиями, кристаллы магии напитываются мощью прямо на глазах. Но ничего не сравнится с той пользой, которую несут в себе тестикулы этих созданий.

Я смеялся так, что из глаз текли слёзы.

Максимус послал за мной армию опаснейших тварей, а местные жители заваривают их тестикулы в кипятке, чтобы подправить здоровье. Мне определённо нравится этот мир. Даже я с демонами такое не вытворял. К тому же это давало больше времени на подготовку. Успею ещё истреблением демонов заняться…

За неделю до моего шестнадцатилетия, домой вернулся отец и привёз с собой новую жену Анну Дмитриевну, в девичестве Соколову, о чем нам с сёстрами и было объявлено.

Глава 5. Проверка

Сегодня ночью я совершил очередной прорыв.

Я смог своей ментальной рукой поднять свой именной полутора килограммовый меч, и нанести семь ударов по манекену находящемуся в шести метрах от меня. И это без подпитки песком. Это были сильные удары, способные снести человеку голову.

Да, если сплетать обе стихии воедино, я смогу гораздо больше, но это лёгкий путь, ведущий к переоценке своих возможностей. Немало мастеров моего родного мира погорели на том, что упивались раздутой силой, при этом не понимая её. Я такой ошибки никогда не допускал, и любую из своих способностей стремился доводить до идеала, причём по отдельности. Разве что на телекинез внимания не обращал, за что и поплатился.