Попаданец в Дракона - 4

— Готов прибить огромного дракона, а, коротышка? — преувеличенно веселый голос Морица заставил Асириуса закатить глаза и обернуться. — Ты так сурово смотришь на горизонт, что я прям вижу, как дракон, испугавшись твоего грозного взгляда, упадёт с небес и умрёт.

— Да-да, только советов от мистера «крутая золотая рука» мне и не хватало. — язвительно проворчал кобольд.

Стоило Маготеху в полной мере начать работать, как Мориц стал одним из самых верных его пользователей. Он буквально караулил маго-технический отдел и получал на руки самые новые и уникальные протезы, чтобы тут же их испробовать.

Установка и использование нового «железа» приводило бывшего легионера в чистый восторг. А понимание, что каждый следующий протез всё больше приближается к показателям настоящих конечностей, и вовсе доводило его до эйфории.

Как-то в личном разговоре за кружечкой пива Мориц признался Асириусу, что иногда раздумывает над тем, чтобы отрезать ещё какую-нибудь конечность, заменив её имплантом.

Останавливало его лишь нынешнее несовершенство имплантов Маготеха. Но в будущем Мориц был уверен, что всё изменится.

Услышавший о подобной дурости Асириус не на шутку всполошился и с того дня не упускал ни единой возможности раскритиковать это увлечение своего друга. Последний же в пику Асириусу приказал покрыть свой последний, самый лучший имплант тонким слоем золотой фольги.

Правда, о последнем решении он начал жалеть после того, как повелитель увидел его новую руку и слишком долго на неё смотрел.

— Перестань завидовать и лучше полюбуйся этой красоткой, — Мориц, красуясь, заставил прикрепленный шарнир с щитом медленно провернуться, а локоть выгнуться в обратную сторону. — Мастера заверили меня, что теперь моя новая рука в почти полтора раза более гибкая.

— Если ты закончил с самолюбованием и мечтами превратиться в голема, — сухо заметил Асириус. — Зачем пришел?

— Поболтать, — пожал плечами легионер, не обращая внимания на возмущенный взгляд собеседника. — Что? Всё равно в будущем бою ни о какой сложной организации не приходится говорить. Слишком велика опасность быть убитым, стоит только привлечь к себе внимание. А командиры «двадцаток» уже знают, что делать.