Многоликий. Восхождение

– Господин, прошу прощения, что отвлекаю от важного дела, – вмешался в допрос Степан, – но за портретом сейф. Никто не знает откуда он взялся, даже ваши покойные папенька и дедушка не знали. Здание каким-то образом попало во владение роду Волчегорских много веков назад и вот сейф уже был тут.

Степан открыл картину и указал на сейф, не обращая внимание на возгласы лежащего Овнюка.

– И за много лет никто его открыть не смог и демонтировать тоже. Каких только специалистов не привлекали. Он магический, и если попытаться демонтировать, земля в радиусе километра начинает ходить ходуном, – изобразил землетрясение, – вот его и не стали трогать и картиной прикрыли от чужого люда.

Опять же, Николай Александрович, за достоверность не ручаюсь, меня там не было и свечку я не держал. Мне мой покойный прадед рассказывал, Проволчегорский Степан Степанович.

Интересный у них фетиш детей Степанами называть. А что удобно, позвал одного, а прибежало десять. И главное никогда не забудешь, как звали. Удобно в общем.

Только вот отец Степана систему поломал… Он Андрей!

– Семейная реликвия значит, никто открыть не может? – задумался я. – А сейф случайно с тобой ни с кем не разговаривал?

– Так он же не одушевленный… – Степан как-то странно на меня посмотрел и добавил – Никто барин, никто. Может вы сможете открыть?

– Интересно, – пожалуй не буду говорить, что понял, как он работает. Да и про Стеклянную лучше молчать. Ведь получается ни дед, ни отец Волчегорского в контакт с ней не вступали. А она вообще ко мне в божественный пантеон вступила! Аз-ха! – Степан, с ним то что делать? Надо поднимать, почки он уже отморозил, на очереди простата…

– Я сам решаю, что мне делать.

И какой-то нищий барон моей простате не указ! – огрызнулся бывший управляющий. – Мне вообще пора, еще увидимся, неудачник!

– Собрался он, – засмеялся Степан, – я жандармов вызвал, скоро будут. На каторгу минимум третьего уровня он сегодня наговорил. Самое место ему там! А то монстры с голода подыхают!

– Наивный, на каторгу я отправлю тебя и твоего жалкого барчонка! – донеслось с полу.

Да сколько можно лежать на полу? Встал бы уже! После такого надо срочно к проктологу бежать, иначе труба…

Муравьёв изображая искалеченного, кряхтел, доставая что-то из кармана. Не успел я подойти, как под ним образовалось кольцо из мыльной пленки. Пустив хищный оскал, он растворился.

– И что это сейчас было? – с недоумением обратился я к Степану.

– Портальный свиток по всей видимости.