Не грози императору!

Сам князь, барончик, два телохранителя, с чёрными от рун лицами, видимо иноземцы, и статная дама, достаточно молодая, чтобы сопровождать начальника канцелярии, но слишком взрослая, чтобы быть в компании с потерпевшим.

Обожаю таких! Похожа на Шуйскую, только немного старше и постройнее. У Насти бёдра всё же шире. Кстати, куда она запропастилась?

Зря они её взяли на встречу. При виде красивых и сочных женщин, я обычно теряю голову и становлюсь способным на разного рода выходки.

Процессия остановилась в пяти шагах от нас и приняла форму полукруга, с князем Милославским в центре.

– Доброго дня, Антон. Давненько не виделись. Ты в своих казематах сидишь, а я по разломам всё шастаю.

– Кто на что горазд, – сузив глаза, проскрежетал Милославский. – И вам всем не хворать.

Князь осмотрел стоящих перед ним клановцев и остановил свой взгляд на мне. Униженный кашлянул. Говорил же, крысёныш! Ну погоди у меня.

– Встретились мы с тобой, как в старые добрые времена. Ещё до этих самых разломов, – Милославский покачался на пятках и продолжил. – Непорядок вышел, Володя. Как будем решать?

Демидов вышел вперёд. По лицу первого защитника было видно, что он с трудом сдерживается, чтобы не кинуться на своего заклятого врага. Что между ними было? Девку не поделили что ли?

– Если как в старые добрые, тогда глаз на глаз следует, а не вот это вот всё, – Демидов посмотрел Милославскому за спину.

– Интересные вы люди, Володь, – теперь вперёд вышел сам Милославский. Он ещё раз осмотрел каждого из нас и подойдя ко мне вплотную, остановился. – Хотите глаз на глаз, а как племянника моего бить, так вдвоём? Не бывает так, Володь. Не по боярски это. А если случилось такое, то и ответ подобающим должен быть.

Я еле слышно скрипнул зубами. Темников открыл было рот, но притих, поймав на себе взгляд Наговицына.

– Это так? – не сводя глаз с Милославского спросил Демидов.

– Никак нет, – ответил за меня Темников.

– Вот видишь, Володь, не получается у нас прийти к единому. Значит, придётся по старому. Честь барона Косинского, Михаила Евгеньевича, моего внучатого племянника, поставлена под сомнение. Я, как его полномочный представитель, требую восстановления справедливости.