Сигма. Мир под другим небом

А потом, как гром среди ясного неба, из всех динамиков ударили первые аккорды песни «The Game» группы Motorhead.

«It’s time to play the game!» - провозгласил голос Лемми Килмистера, и это стало сигналом для нас.

Мы почти строевым шагом двинулись на арену. Алекс шёл по середине, а мы с Оригами – по бокам от него. Добравшись до середины и поравнявшись с судьёй, мы остановились. Я немного поиграл в гляделки с Ротановым, а Оригами демонстративно показал Трегубову свои пустые руки, а потом сжал их в кулаки и по очереди поцеловал: сначала левый, а потом правый.

Алекс же подмигнул и ухмыльнулся Северову, смотрящему на него свысока надменным взглядом.

— Правила вы знаете, - заговорил судья, - бой нелетальный: чувствуете, что дальше не хотите, или не можете – поднимаете руку, вас выводят из боя с поражением. За ходом следят, так что, если противник в бессознанке – не добиваем его. Всё ясно?

Все участники и я в том числе синхронно покивали.

— Бой! – крикнул судья, а кто-то в комментаторской будке ударил в гонг.

Судья сразу же удалился на безопасное расстояние. Мы же незамедлительно перешли в нападение. Я покрыл себя покровом и налетел на Ротанова, активизировав на своих кулаках сгустки Сигмы. Тот отбивался от меня, применяя воздушный щит, пытаясь достать небольшими завихрениями. Да, тактика натиска даёт свои плоды.

Оригами же умело уворачивался от завихрений Трегубова. Сигма-боец никак не мог его достать, что начинало его уже заметно раздражать. Как так-то? Какой-то лишённый Сигмы человек смеет сопротивляться одарённому! Да где такое видано-то? А вот Оригами своё дело знал и любил.

Было видно, что он уже имеет немалый опыт в работе с носителями Сигмы.

Но самое интересное творилось между двумя огневиками. Северов уже не первый раз дрался на арене и решил сразу же перехватить инициативу у Алекса, покрыв своей тело едва заметной дымкой и набросившись на него, применив удар правой, напитанный Сигмой, в голову противника. Конечно, для неопытного первокурсника, скорее всего, такой удар оказался бы фатальным, только Уокер не был неопытным первокурсником, он был мастером.

И, как я потом понял из его рассказов, он нарочно позволил Северову нанести этот удар. Кулак столкнулся с покровом Уокера в районе виска и отскочил, оставляя небольшой запах горелого. Мастер Сигмы демонстративно скривил губы, показывая, что ему не больно.

— И это по-твоему удар? – спросил он, задирая подбородок.

От былой надменности Никиты не осталось и следа.