Последний Паладин. Том 5

Несмотря на свои слова, Великая Княгиня Аглая прекрасно видела каждую попытку своей «дочери» приблизиться к Маркусу.

Видела так же ясно, как и то, что у одной из лучших шпионок Клана не было ни единого шанса сделать это незаметно.

— Все-таки, это было не совпадение, — прошептала Княгиня Астрала, вспоминая, как легко этот неотесанный мужлан отражал ее собственные чары в этом самом кабинете.

— Что вы сказали, госпожа? — подняла взгляд девица с огненно-рыжими волосами.

— Ничего, — устало потерла виски Княгиня Великая Княгиня Аглая, — где Маркус сейчас?

— Я.

За всю свою жизнь она слышала эту немыслимую для Клана Астрала фразу лишь дважды!

«Не знаю» в лицо Княгине могла произнести только бездарь, не заслуживающая не то, что жить в Обители, а вообще жить! Но Камилла была ее лучшей ученицей и ни за что бы не произнесла эту фразу без особой причины.

Взяв себя в руки, Княгиня Астрала вытянула из головы «дочери» последнее воспоминание, и ее глазами увидела, как Маркус заходит в здание своего особняка и спустя несколько минут.

Более того, маркер его присутствия пропадает по всей столице, а охватить более широкий радиус Камилла не смогла и поэтому вернулась с докладом.

— Свободна, — гневно взмахнула рукой Княгиня Астрала.

А когда девушка с поклоном исчезла, Великая Княгиня Аглая со вздохом опустилась на свой трон и устало потерла виски.

До встречи с этим Маркусом ни один мужчина не смел ей отказывать.

Нет, ни один мужчина просто НЕ МОГ ей отказать.

А этот не просто отказал, но и продолжал своим поведением открыто подрывать все устои, на которых базировался Клан Астрала, нарушать, казалось бы, нерушимые законы и догмы предков, работающие поколениями!

Дочери уже начали перешептываться и сомневаться.

Вся суть Астральной Стихии оказалась под угрозой из-за какого-то мужлана!

И более того, этот Маркус словно паразит имел наглость поселиться в мыслях самой Княгини и стал источником головной боли!

С этими тяжелыми мыслями Великая Княгиня Аглая повернула голову на стену с сотнями картин, где ее взгляд случайно зацепился за изображение гордого профиля мужчины, что с наглой усмешкой смотрел перед собой глубокими перламутровыми глазами.

Нет, ерунда какая-то, — отогнала она навязчивые мысли и, поправив безупречное платье из тонких стихийных нитей, поднялась на ноги, глубоко вдохнула и произнесла:

— Входите.