Борей

Во-вторых, там постоянно горел свет, брызгали в разные стороны молнии, и периодически валил пар или дым, как в настоящей кузнице по представлениям конунга. Инженеры не производили ничего, но делали эскизы, схемы и модели для производства на стандартных фабриках. Чтоб запустить нужный продукт на стандартной фабрике, ее надо перепрограммировать, а для этого требуется внести в нее модель предмета, а для этого эту модель построить и проверить на работоспособность. Вот именно это инженеры и делали.

Борей зашел в инженерный блок, когда у его работников был обед.

В основном зале никого не было, и у Борея был шанс осмотреться в святая святых инженеров. Чего тут только не было. Компьютеры подмигивали разноцветными огоньками друг другу, у дальней стенки стоял огромный очаг, пышущий жаром, с непонятным приспособлением, похожим на музыкальный инструмент с мехами между двумя дощечками. Борей не помнил, как называется такой инструмент, он был слишком архаичным. Посреди помещения стояла наковальня и рядом небольшой принтер объемного производства.

— Есть кто живой? — крикнул конунг, бродя по блоку.

Минуты две не было ни ответа, ни привета, никакого-то движения, но после скрипнула дверь в дальнем углу, и оттуда вышел человек. Инженер-механик был одет очень странно для местного климата, но, судя по температуре в данном помещении, очень «опционально». На голый торс с большими узловатыми мышцами был накинут черный кожаный фартук, а темные волосы на голове подвязаны тонким черным шнуром. На Борея смотрели наглые карие глаза, скривившиеся в легком прищуре и подпираемые снизу широким носом, который упирался в тонкие широкие губы.

— Остались живые, — ответил инженер-механик, — немного, но есть. А тебе, сударь воевода, чего это в такое время приспичило прийти? Срочно что-то от нас понадобилось?

— Понадобилось, — кивнул Борей, — не то чтоб сильно срочно, но есть идейка, которую хотелось бы реализовать. Но я теперь не воевода. Точнее, звания-то меня никто не лишал, а вот с чином начальника экспедиции пришлось только что проститься.

Конунг я теперь, главный в совете базы по вопросу обороны.

— О, как, — хмыкнул механик, — но нам что воевода, что конунг — все едино. Говори, зачем пришел, что у тебя там за идея, требующая реализации.

— Я тут немного в походе повоевал с великанами врукопашную мечом и заметил, что когда я попадаю по ним лезвием, то высекаю немного льда из их тел, а если ударить плашмя, то их тело хоть и не теряет льда, но идет трещинами на этом участке.