Мастер путей. #1

– В книгах числюсь ответственным лицом за это помещение. Из жалования удерживается какая-то часть за содержание его и меня в размере фактической себестоимости. Я могу позволить себе сверх меры...

Собеседница покачала бокалом в руке.

– ...и из следующего жалования удержат его размер.

– Удобно, – хмыкнул я. – Тоже, что ли, к вам в ряды податься...?

– Это такой не очень умный юмор? – улыбнулась Алина. – Или ты и впрямь решил вступить в ряды Тайной Канцелярии? Так сообщаю: ты уже в ней состоишь. Правда, пока в чине подопечного.

– А есть свободные вакансии?

– Возможно, это стоит обсудить завтра, – плотоядно облизнулась девушка. – А ещё лучше – по результатам предварительных проверок. Спасти мир и работать в Тайной Канцелярии – не совсем одно и то же. Первым можно заниматься и без второго.

– Поправь, если ошибаюсь, – улыбнулся уже я. – Но, разве, занимаясь вторым, вы не занимаетесь побочно первым?

Алина звонко рассмеялась.

– Подловил! По сути дела, так и есть...

Я поднял вновь наполненный бокал.

– Ну, в таком случае, за видимых бойцов невидимого фронта!

Бериславская удивлённо осеклась.

– Красиво сказал! – даже с какой-то ноткой растерянности обронила девушка, посмотрев на меня. – Мне понравилось!

«Видимо, архивы классики моего мира ещё долго будут для меня кладезем афоризмов и цитат», – подумалось мимолётом.

– Ты тоже красивая, – вернул монету собеседнице. – Тоже мне понравилась.

По ходу, сегодня день краски. Я методично вгонял в неё Алину раз за разом.

– А ты мастер провозглашать застольные речи, – протянула Бериславская. – Так бы слушала и слушала. А скажи ещё что-нибудь! Пожалуйста!

Ты во мне человека-радио увидела, что ли?

– Не за просто так, конечно же! – разноглазка по-своему истолковала мою заминку. – Давай и выпьем заодно! Только за что?

Я окинул взором наши бокалы, посмотрел на початую бутыль. Выпивка выпивкой, но привычка есть привычка. Поэтому тут речи не совсем уместно.

– В моей среде... Третий тост принято поднимать... За тех, кто не с нами. Кто лёг костьми, и больше никогда не разделит с нами трапез. Делать это принято молча, стоя и «не чокаясь», потому и разглагольствования тут ни к месту.

– Ох..., – выдохнула Алина. – А четвёртый...?

– А четвёртый я всегда поднимаю за то, чтобы третий как можно дольше не поднимали за нас.

Слова будто встряли у девушки в горле. Она захотела что-то сказать, но не смогла.