Матабар. II

- Когда я вернулась с лекарством, - её темные волосы лежали на точеных плечах, а лицо изрезало несколько новых морщин, которых не было раньше, но, в целом, она выглядела так же, как и в их первую встречу. - то у меня не было и шанса скрыть, как и откуда я его получила. Мой муж, Арди, это не только мой муж, но и будущий правитель Империи. А его дочь, пока у нас нет сына, законная наследница на престол. Даже если бы я захотела утаить хоть что-то, то… долго бы эта ложь не продержалась.

Он чувствовал искренность в её голосе, а даже скудных знаний о политической жизни Метрополии в частности и всей страны в целом оказалось достаточно, чтобы и самому все это понять, но боль от подобного осознания не утихала.

И самое мерзкое, что Ардан даже не мог сказать, от чего именно ему так больно. От того факта, что человек, которому он помог, в итоге его предал или… от того, что в смерти его дедушки и в разлуке с семьей оказались виноваты не Плащи, выполнявшие приказ, а, по факту, он сам.

Он, Ардан Эгобар, взрослый охотник, принял решение, обернувшееся катастрофой для семьи.

- Поэтому Великий Князь Павел так уверился в том, что мой прадедушка жив, - прошептал Арди, вспоминая слова Цасары. - И поэтому он отправил Йонатана и остальных в Алькаду…

Октана кивнула, но и без её подтверждения Арди все уже понял.

- Я пыталась выторговать у мужа жизнь и для Арора и для тебя, Арди, но… - она вздохнула и покачала головой. - Такое решение не поддержала бы не только знать, но и народ. Слишком много крови на руках Арора Эгобара, чтобы люди приняли его амнистию.

Ардан промолчал. Да и что тут говорить. Его дедушка, любящий посквернословить и обожавший истории прошлого, оказался пособником Темного Лорда. И Арди был достаточно образован, чтобы понимать, что именно скрывалось за этими словами.

Какие бы цели не преследовал восставший Лорд, крови он пролил столько, что это едва не стоило Империи её существования. Восстание лорда не ограничивалось одной лишь гражданской войной, но сопровождалось военной интервенцией в ослабшую страну едва ли не большинства стран планеты.

Так же, как и его отец, Гектор Эгобар, десять лет ходивший среди Шанти’Ра, известных на всю Предгорную Губернию своей жестокостью по отношению к людям.

Наверное, такие мысли должны были хоть немного унять боль юноши, но, увы, наоборот - лишь сильнее разжигали терзавшее его пламя.

Он ведь знал их совсем другими.