Морозов. Под знаком судьбы

— В одиночку эту войну не выиграть, сын мой, — строго сказал Флавий. — Я располагаю сейчас большей информацией о происходящем, чем вы двое смогли узнать, и будет правильно, если я буду организовывать действия остальных. И сам отсиживаться я также не буду, я не такой как некоторые мои братья. Артамон знаком со мной с тех пор как был мальчиком, хорошо меня знает. Он доверяет мне, и если ты противишься поверить священнослужителю, поверь в его отношение ко мне.

— Тут Флавий прав, — нарушил своё молчание Артём.

— Ладно, Артём, — сдался я. — Я согласен на совместные действия. При одном условии.

— Условии? — рассмеялся святоша, — Что ж, я внимательно слушаю.

— Я чертовски устал за сегодня и хотел бы выспаться в эту ночь. — сказал я. — Уверен, ночью от меня не отстанут, попытаются меня изматывать круглыми сутками. Секты все такие, они как механизм, не останавливают свою работу ни днём ни ночью.

Святой отец улыбнулся.

— Решено, — сказал он. — Эту ночь можешь спать спокойно.

***

— Я понимаю твоё недоверие, Хал, — сказал Артём, когда мы направлялись к Пустой душе, петляя по переулкам. — Но Флавий знает что делает, он мастер в таких делах.

— Я так понимаю, это ты его пригласил в крепость, — подметил я, этот вопрос давно напрашивался.

— Да, — ответил Артём. — Я написал ему три месяца назад, он приехал как только покончил со своими делами.

— Он же не простой святой отец, — сказал я, с прищуром поглядев на Артёма.

— Да, совсем не простой, — ответил Артём. — И приехал сюда тайно.

Я мог бы и не спрашивать, это было очевидно, но убедиться, всё же, стоило.

— Знаешь, Артём, — сказал я, — Мне стоит позаботиться и о защите Лены.

— Алой ведьмы? — Артём рассмеялся. — Прости, конечно, Хал, но ты, всё же, плохо её знаешь.

— Откуда ты так хорошо её знаешь? — спросил я.

— Ты правда ничего не слышал о битве на Красном Чикое? — спросил он. — Я, конечно, там не был, но наслушался рассказов. Эта битва случилась семь лет назад, там столкнулись и люди, друг с другом, и монстры пришли со стороны горы, услышав битву. После этой битвы, её называли поначалу Рыжим Мясником, однако это прозвище долго не просуществовало.