Морозов. Под знаком судьбы

— она указала на повреждённые дома. — Вы и сами видели, какие повреждения нанёс мой эксперимент. К счастью, мой дом зачарован, потому остался цел.

— Ваша правда. — ответил капитан, немного всё обдумав. — И всё же, мне интересно было бы послушать, над чем вы работаете, не сейчас, в любой другой день, за чашечкой чая, если у вас найдётся на меня время. Вам нужна какая-нибудь помощь?

Вы только поглядите. Этому вояке под сорок лет, а он пытается в такой ситуации приударить за Леной, каков нахал.

— Нет, я сама справлюсь.

— Нет, сударыня, — покачал головой капитан. — К великому сожалению, не смогу вам с этим помочь. Знаю только, что на двадцать пятой улице проживают ремесленники, может они вам смогут помочь. Хорошей вам ночи.

Капитан кивнул ей и развернул коня.

— Возвращаемся, бойцы, — скомандовал капитан. — Здесь нам делать больше нечего.

Солдаты вереницей последовали капитаном, только один из лейтенантов задержался, оглядев дом напоследок, затем пришпорил коня, догоняя остальных.

Не думаю, что они ей поверили. Но и связываться с ней сейчас не стали, что играет нам на руку. Впредь стоит избежать сражений у её дома, второй раз такие объяснния уже не примут.

— Нет ты слышал этого пижона? — выдохнула она, пройдя к своей постели, и грузно сев на неё. — На чашечку чая пригласить вздумал.

— И ты пойдешь? -спросил я, убирая сокрытие охотника.

— Шутить вздумал? — спросила она, расстегнув ремни, на которых висели кинжалы и не вставая, отбросив их в сторону гардероба, который выглядел почти как отдельная комната.

— Ну так, я тоже вояка. — подметил я. — Почему ты до сих пор со мной, Лен?

— Морозов, не порть остаток ночи. — сказала она, встала, подошла и обвила руки вокруг моей шеи, я же притянул её за талию, но увидев мой взгляд она вздохнула. — Ты что, правда хочешь это знать? Я не знаю.

Она отошла, чтобы расшнуровать платье и стянула его через верх, затем села, чтобы стянуть сапожки, но я перехватил инициативу и снял их с неё сам, поцеловав одну из ножек.

— А вторую? — сказала она, надув губки, отчего я улыбнулся и поцеловал другую ножку. Лена улыбнулась и перебралась в постель, — Давай оставим эти разговоры на потом, ночь и без того была сложной.