Тёмный Лекарь

Вернулась с танцпола, причём изрядно обеспокоенная. Видимо, тоже заметила наших «красавцев».

— Там Хоффман, — шепнула она мне на ухо, присев рядом, чем вызвала вспышку ревности у Лары, которая растолковала произошедшее по-своему и ещё ближе ко мне прижалась.

Прохора также заинтересовали наши переговоры. Однако инстинкты у него оказались правильные, и он автоматически насторожился, даже не зная пока причины.

Вслух, правда, он ничего не высказал, за что ему ещё один плюс.

Вместо этого, склонившись к Алану он начал что-то ему тихо говорить.

Блондинка, бросив на меня томный взгляд, тут же согласилась и пошла на танцпол, соблазнительно покачивая попкой. Видно, решила, что это ей как-то поможет вызвать во мне ревность или продемонстрировать гибкость своего тела. В общем, обычные уловки девчонок.

Прохор же теперь, когда мы остались без лишних ушей, сразу перешёл к делу.

— Что-то не так?

— Герман Хоффман здесь, — объяснила Ольга, — этот придурок давно ко мне цепляется, а недавно Макс хорошенько макнул его физиономией в грязь.

— Слышал о нём, — покачал головой Прохор, — он и правда отбитый на всю голову. Возможно, нам стоит быстренько свернуть встречу или поехать в другой клуб.

Ольга горячо закивала, поддерживая его слова.

— Почему бы его просто не убить? — удивился я. — Раз он так упорно нарывается?..

Прохор с его ребятами засмеялись, очевидно, решив, что я шучу. Но, в конце концов, Калинин всё-таки решил привести свои доводы:

— Хотел бы я решать проблемы так просто.

Ольга снова согласно закивала и тихо добавила, чтобы остальные не услышали:

— У нас и так уже проблемы с Веласко...

Я же, ухмыльнувшись, ответил Прохору:

— Это если кто-то узнает! Достаточно просто не оставлять свидетелей.

Прохор снова улыбнулся, очевидно, всё ещё думая, что это лишь гипотетические рассуждения.

— Если до этого я ещё немного сомневался, то теперь начинаю верить, что ты тыщу лет проспал. Сейчас повсюду камеры висят, куда не повернись, — объяснил он, — И смартфоны тоже у всех. Стоит случиться какой-то заварушке, как нас снимут на добрый десяток устройств, и уже через минуту о драке будет знать весь мир.

— Да... — протянул я, — это и впрямь неприятно.