Каникулы бога Рандома - 2

— Ты ей крылья спалил, да?

— К сожалению, да, — ответил на это Дезик и немедленно выпил, закусив кормом, похожим на маленькие косточки. — И мне очень стыдно за это.

— А как же вышло-то? — поинтересовался Оралиус, даже не зная, как подступиться к главному вопросу, с которым он, по сути, и пришёл. — Она вроде бы из своих.

— Да как, — проговорил Дезик и гавкнул одной из пастей. — По ошибке, — он снова выпил, но уже другой пастью. — По сути, девочка вообще ни за что пострадала. Моя ошибка. И мне за это стыдно.

— Слушай, — инкуб положил руку на холку Цербера, — а можно как-нибудь повернуть всё это дело вспять и вернуть ей крылья?

— Да какое там, — печально ответил Дезик, выпил, икнул и закусил кормом. — У меня же не просто магия огня какая-то. У меня адский пламень развоплощения. По сути, я удаляю им из реальности то, что сжигаю, поэтому шансы очень и очень малы.

— Нет, но всё-таки, — продолжал настаивать на своём Оралиус, — если твоё пламя развоплощает, то должен быть механизм, чтобы всё это вернуть назад.

— А крылья у неё были о-о-очень кра-а-асивые, — подвывал Цербер, из чего инкуб сделал вывод, что новый товарищ его уже не слышит, а зациклился на своей ошибке, но тот вдруг обернулся одной из морд к демону. — Есть легенда, что можно вернуть крылья суккубу. Для этого нужны мои слёзы, сила трёх богов и учитель, который сможет пробудить крылья заново.

— Крылья, — откликнулась другая голова, — какие же у неё были чудесные крылья. Они так нравились мне! И где они теперь! — из глаз той морды капали крупные, похожие на бриллианты слёзы.

Оралиус подхватил свою освободившуюся рюмку и принялся их собирать.

— Крылья же они, как зубы, — вещала в этот момент средняя голова. — Молочные могут и выпасть, но тогда отрастут коренные. Но они не знают об этом, летают, как мотыльки на первых. А когда наступает ночь, летят на свет, не боясь пропасть в адском пламени.

— Что? — не понял инкуб, видя, что рюмка почти наполнена.

Но ему уже никто не ответил, потому что Дезик заснул глубоким алкогольным сном.

* * *

После того, как Жданов изложил нам свои соображения по поводу Кьяры, мы переместились в гостиную, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию и подумать, что можно с этим сделать.

— Ты точно ничем не можешь помочь? — спросил я у Антона, отпивая терпкое грузинское вино из бокала на тонкой ножке.