Каникулы бога Рандома - 2

Так потом он ещё и смог убедиться в том, что сумка эта полна драгоценных камней. И уже эта информация должна была стать тем самым, что поможет ему завоевать доверие Серпухова.

Сев в свой старый автомобиль, дрожащими пальцами он набрал номер на совсем уж дешёвом аппарате, у которого и экран-то толком не работал.

— Валентин Семёнович? — сказал он, стараясь унять дрожь в голосе. — Здравствуйте. Я только что стал свидетелем того, как брату передали что-то из разлома.

— Что именно? — осведомился Серпухов, кажется, немного оживившись.

— Н-ну, н-не знаю, — ответил ему Тимур, понимая, что фотографии снова вышли не очень. — Давайте я вам всё пришлю, — хотя нет, одна из фотографий, которую он незаметно сделал в машине у брата, была хороша, — а вы сами решите верить ли этим фотографиям, или нет.

— Шли, я посмотрю, — бросил на это Серпухов, видимо, не совсем понимая, как реагировать. — Боги, ты бы ещё на бутерброд с колбасой фотографировал.

— К сожалению, у меня нет ничего лучше, — ответил на это Тимур.

— Да уж, глаза боятся, а руки из задницы, — заметил Валентин Семёнович, но это ещё касалось качества фотографий. — Смотри, я сейчас отправлю это своему начальству. Если ты меня подведёшь, это будет последний раз, когда мы разговариваем понятно?

— Я стараюсь, как могу, — проговорил на это Тимур, но собеседник его особо слушать не собирался.

— В любом случае спасибо. Если эта информация подойдёт, то купим тебе что-нибудь получше.

* * *

Громкую музыку я услышал в тот момент, когда вышел из машины, припарковавшись возле своего дома. Неслась она со второго этажа. Не из той комнаты, где я оставил девушек приводить в порядок Оралиуса, но из соседней.

Следующим открытием стало, что это не просто музыка, а караоке.

Два женских голоса пытались попасть в ноты.

Предполагая самое плохое, я взбежал на второй этаж и увидел развалившегося Дезика.

— Оралиус? — спросил я, пытаясь одним-единственным словом выразить всю гамму собственных эмоций.

— Не, — цербер покачал головой. — Он тут ни при чём. Если только отчасти.

Выдохнув хотя бы на этот счёт, я открыл дверь, из-за которой гремела музыка.

— Все мы бабы, стервы, Ранди, бог с тобой, каждый кто не первый... — услышал я пьяный Дашин голос, которому подвывала Силикона, и тут же захлопнул дверь.

— Это что? — я указал на дверь, за которой, кстати, находилась имитация Олимпа.