Каникулы бога Рандома - 2

Не знаю, что уж было в рассоле, может быть, и магия, но мне очень сильно полегчало. — Чтобы тишина была мёртвая?

— Да он, кажется, тоже уверен, что скоро помрёт, — ответил мне Дезик, а затем посмотрел куда-то в сторону. — Впрочем, можешь спросить у него сам.

Я с трудом повернул голову и увидел, как мне что-то говорит орк, слабо шевеля губами при этом. Я вынул берушу из того уха, что было ближе к нему.

— Что это ты употребляешь, воин? — проговорил он и тут же скривился.

Нет, говорить он пока ещё был не способен, поэтому дальше жестами показал, чтобы я дал ему попробовать сей живительный отвар.

Я с сожалением посмотрел на остатки рассола, но понял, что Громорыгу сейчас гораздо хуже, чем мне, поэтому отдал ему бутыль. Он сделал несколько глотков и буквально преобразился. Расцвёл, начал улыбаться, и поднялся на подушках почти сидя.

Навес, под которым мы лежали защищал нас от солнца, но не от шума. Поэтому вождю орков пришлось перекрикивать толпу, орущую снизу.

— Это просто нектар, достойный уст богов! Скажи, откуда у тебя такая великолепная рецептура, поднимающая на ноги не хуже волшебного пинка? — он явно был доволен, хотя до сих пор и страдал.

— То есть про самогон вы в курсе, а про рассол — нет? — спросил я, понимая, что некоторые слова ещё отдаются в голове, словно молотом бьют по колоколу. — Расскажу, конечно, — а затем я обернулся к Дезику. — Принеси ещё, пожалуйста, рассола.

Тот что-то обронил по поводу того, что в гонцы к алкоголикам не нанимался, но всё-таки исчез.

— Забавный пёс, — проговорил Громорыг. — Мне бы такого.

— Не думаю, что получится, — ответил я, пытаясь разговаривать нормально, но не получалось из-за шума орды. — А чего это твои разбушевались? Не скажешь им, чтобы заткнулись?

— Некоторые хоронят меня от досады, что я проиграл, — ответил он, широко улыбаясь. — Другие и правда считают, что моя тропа подошла к концу. Ну а третьи просто орут за компанию.

Слишком длинная речь для этой зелёной горы мышц вымотала орка. Он откинулся на подушках и тяжело вздохнул.

— Неприятно, — согласился я и, слегка подумав, предположил: — Тогда получается, они должны слушаться меня? Я же победитель.