Песнь койота

Найрад потянулся к ауре Глена. Жизненные показатели чёрного как смоль волка таяли на глазах. После ранения оборотень перекинулся, чтобы сохранить энергию. В теле зверя повреждения заживали быстрее, но рана была слишком тяжёлой, чтобы затянуться самостоятельно. Его сияние медленно угасало.

– Я могу отдать ему часть силы, но этого мало. Что будем делать? – спросила Мирта, обращаясь к Лессу.

В ее сияние вкраплялись нотки целительницы, все это отчетливо видели.

– Едем! – коротко ответил Лесс.

– Куда? – рыжая вопросительно подняла брови.

– Хоть к чёрту на поклон, – сказал Лесс.

– Куда-куда? – переспросил Инго, потирая виски.

Бывший пленник выглядел уставшим. Переговоры дались ему нелегко, за год жизни в неволе он отвык от стайных штучек и телепатических фокусов.

Майк наблюдал за отъездом Анти, патрулируя кромку леса.

– Нам не остается ничего другого, кроме как ехать в общину. – Мирта, на бегу приняла человеческий облик.

Найрад не судил её за то, что она скрыла от него свою сущность.

– В общину? – удивился Инго, бегущий бок обок.

Найрад невольно залюбовался Миртой. Прекрасная рыжая волчица на бегу обращается в не менее прекрасную девушку.

– Только Лис сможет собрать достаточно силы, чтобы вылечить смертельную рану, – Мирта озвучила мысли Лесса.

– Вряд ли отщепенцев примут в общине с распрастертыми объяться, – сказал Инго.

Остальные думали точно также.

– Он пострадал из-за меня, – приуныл Инго, а теперь и всем вам придется идти на поклон к Лису после стольких лет независимости.

– Не грызи себя, чувство вины ещё никого не исцелило, – Мирта легонько толкнула собрата в плечо.

Анти ретировались, и стая вернулась к раненому собрату.

Мирта легла рядом с ним и коснулась губами ложбинки между ушами, мысленно сообщая, что с ним все будет в порядке.

Раненый волк тяжело выдохнул. Остальные стояли полукругом, по мере возможности делясь силой.

Вокруг оборотней распространялось неяркое сияние, похожее на крохотные частички серебряной пыли. Воздух казался упругим и влажным, он был под завязку напичкан энергией.

Волосы на теле Найрада встали дыбом, выбросы силы вызывали у него не самые радужные воспоминания.

– Не смогу собрать много, – тихо сказала Мирта, виновато опуская глаза.