Песнь койота

Пальцы, что секунду назад макали картошку в соус, сомкнулись на горле пленника, а тот лишь хлопал глазами, хватая ртом воздух.

– Слушай, щенок, – прошипел куратор, – вопросы задаю я, усёк? – с силой встряхнув оборотня, Яр плюхнулся на сиденье и продолжил жевать как ни в чём не бывало.

– Это обязательно? – спросила Мирта, переводя взгляд с одного на другого.

– А я чего? Я ничего, – невинно пожал плечами Яр, откусывая кусок гамбургера.

– Нечего ответить? – не сдавался Инго, потирая горло.

– Отвали! – беззлобно отмахнулся куратор, – ты мне типа не брат и не сват, чтобы перед тобой отчитываться.

– Ну, я так и думал, – хмыкнул Инго.

– Что надумал? – неожиданно поинтересовался Яр.

Перепады настроения после курительной смеси были для него обычным делом.

– Зачем тебе это? Ты ведь в курсе, что оборотни живут бок о бок с людьми с начала времён и ничем не угрожают.

– Ну, дружок, – с многозначительной интонацией начал Яр, приняв нарочито философский тон беседы, – кто знает, угрожаете или нет… Допустим, сегодня нет, а завтра – бац! Волчье бешенство или грипп.

Озвереете… Или, скажем, объявится типа волчий мессия. Ведь ждёте? Поведёт народ к спокойной жизни, а там и до господства над людьми недалеко.

– Бред! – на лице Инго читалось отвращение.

– Почему сразу бред? – Яр оторвал взгляд от гамбургера, – у нас все под контролем. Бред начнётся, если наглеть станете.

– Рядовые рекруты, ясное дело, марионетки… Но ты же все понимаешь.

– Слушай, пацанчик, пойми одну простую вещь – мне на всё начхать.

Непыльная работёнка, страж идет, хорошо платят. Поставили задачку типа показать шоу в Кренсе. Я еду и показываю.

– Но как ты можешь делать то, во что не веришь.

– Слушай, ты типа нормальный пацан, жизни только не знаешь. Попивал бы я с тобой пиво по выходным, не будь ты оборотнем, но так вышло, что мы по разные стороны баррикад, а, значит, враги. Были и будем.

– Но ты не чувствуешь ненависти, я же вижу, – выпалил Инго.

– Ты – не баба, чтобы я к тебе что-то чувствовал, – хихикнул Яр, – пойми одну вещь, – проникновенно добавил он, – не было бы волков, нашлись бы другие, идейные, неугодные, вредители.

.. Сам, вот, потомственный волколов. Его прадед, дед и отец жизни положили на это. А началось-то, может, всё с простого страха или зависти, этого уже никто не помнит. Зато остались методы борьбы, тактика рекрутирования, техника промывания мозгов…

– Речь о тебе, – прервал его оборотень.

– Такова жизнь. Мне платят, чтобы такие, как ты, сидели за решёткой.