Песнь койота

Артачиться начал, когда я рекрута привёл. Последнее посвящение. Парень во! Я упрашивать должен? Чего возиться с этим дерьмом? – Космос выдал это скороговоркой, опасливо косясь на коллегу.

Похоже, отношения между кураторами были куда более сложные, чем Мирта себе представляла. Здоровяк неспроста расклеился с одного удара.

– Про Кренс в курсе? – сурово спросил Яр.

– Ну, – неохотно признался тот.

– Дык чего же ты творишь?

Мирта подумала, что не зря не ссорилась с куратором, ибо тот был страшен в гневе.

– Это вредительство чистой воды.

– Она того, – неуверенно сказал Космос, – глотку за волчару готова перегрызть... Давай, между нами, а?

– Никаких между нами! – вмешалась Мирта. – Эта была последняя капля. Я извещаю руководство о всехтвоих косяках.

Яр посмотрел на девушку, но ничего не сказал.

– Я тоже сообщу, как ты с оборотнем сюсюкаешься...

– Это моя работа, и она приносит плоды, – гордо заявила Мирта.

– Я тоже не ради удовольствия ему бока намял.

– Один грёбаный рекрут ничто по сравнению с тысячами кренских, – перебил его Яр.

Космос молчал. Сегодня ему явно не везло с аргументами.

– Извини, – наконец выдавил мужчина, – больше не повторится.

– Ок, – коротко ответил Яр и вышел, больше не сказав ни слова.

Мирта поплелась следом.

– Обойдёмся без рапортов, – сказал наставник, когда они оказались в коридоре.

– Это ещё почему?

– Ни почему. Я сказал, – отрезал тот.

«Фиг с ним, с рапортом, – подумала Мирта, – главное, что этот гад получил по заслугам».

***

Яр спустился в подвал без четверти шесть. Он нервничал. Ощущение, что с поездкой что-то не так, не оставляло куратора с момента пробуждения. Дежурного как назло не оказалось на посту. Пришлось возвращаться в кабинет за ключом.

Оборотень спал.

– Рота, подъём! – рявкнул Яр, проведя ключом по прутьям решётки.

Инго завозился в постели, высунул голову из-под одеяла и насупился.

– Чего в такую рань-то? Мне сказали выезд в восемь, – зевая, пробурчал он.

– Встал резко! – не терпящим возражений тоном гаркнул Яр, – инструктаж проводить будем.

Пленнику не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

С вечера Мирта принесла вещи, купленные для поездки. Джинсы, куртка, чёрная футболка и кроссовки лежали на стуле возле кровати.

Оборотень провёл рукой по новой одежде. Давненько он не надевал ничего кроме рванья и обносков. В груди что-то болезненно заныло. Новые вещи напомнили ему о свободной жизни.