Песнь койота

Примерно через час в коридоре послышались новые шаги. Ричи открыл глаза и навострил уши.

В дверях показался парень с миской, полной сухого корма и бутылкой воды. Прежде чем войти, он воровато оглянулся.

– Привет, герой! Я покушать принёс, – дружелюбно сообщил молодой человек.

Парень остановился напротив клетки и с интересом, почти весело, глядел на овчара. Не дождавшись ответа, он просунул еду в специальное отверстие и наполнил миску водой, просунув горлышко бутылки между прутьев клетки.

– Не хочешь болтать? – спросил визитёр, с интересом заглядывая в глаза, – понимаю.

– Кто ты такой? – рыкнул Ричи.

Пёс не мог понять, чего хотел этот человек. Анти и раньше не горели желанием болтать со стражем, а после заточения за предательство, и подавно.

Несмотря на плохое самочувствие, страж заметил, что парень чем-то отличался от других рекрутов. Откуда он взялся и чего хотел, было неясно. После наркоза Ричи чувствовал себя паршиво, поэтому его раздражал этот тип, болтающий с ним как с закадычным другом.

– Я - Альтар, мне поручили доставить ужин.

– Принёс?

Парень кивнул.

– Тогда проваливай!

– Зачем же так грубо? – как ни в чём ни бывало спросил молодой человек.

– А ты чего хотел?

– Поговорить.

– Вот привязался, – вздохнул Ричи.

– С тебя не убудет, – всё так же непринужденно продолжил Анти, – мне всегда нравились бунтари, ещё со школы, представляешь?

– И что? – Ричи понял, что от него так просто не отделаешься, подошёл к миске и принюхался к корму.

– Про Робеспьера слыхал? Помню, когда в школе рассказывали, как его казнили, у меня мурашки по спине бегали. Страшно, и в то же время круто, как считаешь?

– Не знаю я никакого Робеспьера. Чего ты пристал? – обречённо поинтересовался пёс.

– Ты же ничего не знаешь! – воодушевлённо воскликнул Альтар, – за пару месяцев охоты за твоей головой ты стал ходячей легендой. Мы с ребятами заключали пари: поймают или нет. Я ставил на то, что ты улизнёшь, и проиграл.

– Что за бред? – прорычал Ричи.

– Молоток! Продолжай в том же духе! – воодушевился парень, – хотя Картер вряд ли на это купится, – добавил он задумчиво, – знаешь, братишка, мне тебя жалко. Говорят, душегуб тот ещё садист.