Песнь койота

Те, что обитали в окрестностях Кренкса, погибли, но ведь были и другие.. Неясно, стоит ли рассчитывать на их помощь.

А Мирта? Что стало с ней? Удалось ли ей освободиться из когтей старого интригана или она до сих пор сидит взапети? Всё это предстояло выяснить в скором времени, а также придумать способ связаться с сородичами, на чью помощь можно рассчитывать.

Отношения с овчаром постепенно налаживались, а ведь сначала они были готовы порвать друг друга на куски, и куда только девалась кровная вражда? Кейса помалкивала про ночные посиделки, Найрад и сам больше не поднимал эту тему.

Что Ричи и Кейса думали насчёт их грандиозного похода, Найрад пока не выяснил. Должно быть, Агнесс подбивала их, но неплохо было бы узнать, что у них на уме.

– Завтра выдвигаемся.

Найрад забылся за размышлениями и не слышал, как Кейса подошла и тронула его за плечо.

– Ты с нами? – спросил оборотень, лелея мысль, что у неё нашлось немного здравого смысла, чтобы отказаться от этой затеи.

– А как же! – ответила Кейса, отсекая последние лучики надежды.

– Ты хоть понимаешь, на что идёшь? – Найрад решил попытаться в последний раз.

Девчонка кивнула, но её глаза говорили о большем. В сияние Кейсы вплетались нотки раздражения, по которым он догадался, что её раздражали эти наводящие вопросы.

– А что думает Ричи?

– Он полон решимости надрать задницу бывшим хозяевам, – отозвалась девчонка.

– Ты не боишься?

– Нет. А ты?

– Мне страшно до чёртиков, – ответил Найрад, наблюдая, как меняется выражение её лица.

Остаток дня Найрад провёл, тренируясь со стражем. В арсенале Ричи нашлось немало магических приёмов, о существовании которых оборотень и не подозревал. Иногда ему дадк начинало казаться, что овчар славный малый. Чем больше Найрад общался с ним, тем больше видел в Ричи боевого товарища, а не ошибку природы и врага.

Сумерки незаметно подкрались к лесной избушке. Розовая дымка заката алела на горизонте, солнце подсвечивало перинки облаков оранжевыми и красноватыми лучами.

Найрад оглянулся на избушку. В окне на кухне горела свеча, Кейса что-то рассказывала, размахивая руками, а пёс сидел напротив и внимательно слушал. Найраду вдруг стало жаль себя и своих спутников.