Потусторонний. Книга 4

Это уже вызывает подозрения. Вы не тот, за кого себя выдаёте, Илья. Не обманывайте Господа, ибо я есть его карающая длань на Земле.

— И не собирался…

— Я всё ещё не понимаю, чего вы хотите от меня услышать? — не удержался от улыбки я. — Если я злобное зло, то не признаюсь же я в этом человеку, способному остановить меня. Скорее наоборот, я назову себя спасителем. Но, что комично, если я решу говорить правду, то тоже назовусь им. Тогда как определять будете, Ваше Высокоблагородие? Ради чего этот разговор?

— Я уже сказал, ради понимания.

Я хочу понять. Пока вы вообще мне не помогаете, — понизил голос игумен Пётр.

— Давайте я попробую объяснить, — не удержался я. — Пожиратель Звёзд это небесный левиафан, — я ткнул пальцем в небо. — Наша планета для него как вкусный бутерброд. Ну, может не сейчас. Сейчас пока кусок сухой булки. Но чтобы сделать его вкуснее, он ждёт, пока булочка пропитается маслом. А ещё и сырком сверху покроется, или колбаской.

Игумен молча багровел.

— Серые зоны это масло, — продолжал я.

Говорить правду легко и приятно. Даже если тебя слушают как безумца. — Чем их больше, тем Пожирателю вкуснее. Сыр на булке это Изнанка. Тоже кусочек побольше станет и аппетит проснётся. Африка, Сибирь ­— всё пойдёт в дело. Как только все ингредиенты будут собраны — Голодный Бог явится и сожрёт нас. Если вкратце. Стало понятнее?

— Ты… издеваешься надо мною? — почти процедил Пётр. Глаза совсем почернели, черты лица заострились.

— Вы задали вопрос, я ответил. Я здесь, чтобы лишить этот бутерброд масла.

Чем и стараюсь заниматься по мере сил. Позвольте, мы продолжим?

Игумен молчал, но цвет лица его пришёл в норму. И во взгляде что-то изменилось. В нём появился страх.

— Откуда ты знаешь про Изнанку в Сибири? — спросил он. Твою же бабушку… Точно. Информация ведь не из той, которую афишируют. Потому что в Российской Империи проблем не существует. Ибо Император велик, а с ним и Первая Церковь.

— Угадал, — отмахнулся я. — Правдоподобно?

Игумен сделал жест рукой, нервный и торопливый, и вся его охрана отступила ещё дальше.

Пётр же шагнул ко мне, и почти шёпотом произнёс:

— Господь завещал верить. Я — верю. Клянусь тебе, что ты можешь сказать мне правду о себе.

— Даже если я возглавлю армии тьмы? — также шёпотом поинтересовался я.

— Особенно, если есть такие планы!

Он тоже шутит, не пойму?

— Я прибыл из будущего, чтобы спасти мир! — шепнул ему я.

Игумен хмыкнул.

— Всё указывает на то, Илья, что вы подселенец.