Осторожно! Психопат в клане! Том 1

Будь он неладен со своими страшилками!

– Хорошо, – кивнул я, и завёл свой магический движок.

Психо-цепь покинула мою ладонь и, перелетев через кофейных столик, опутала худощавое тело старика. Наши сознания сплелись, я мысленно провалился в личность Салтыкова.

Гордый, справедливый, но очень жестокий. Внутри него кипят сильные эмоции, которые он хорошо контролирует. Много потаённой ярости, мстительный дух, от которого враги могли бы наложить в штаны. Усталость… Много усталости. Он вложил всего себя в клан, который мог бы ему… принадлежать?

Я вцепился в последнюю мысль, и принялся с ней работать.

Заставлю его сделать что-нибудь безобидное. Например, выключить эту треклятую музыку, от которой уже в ушах гудит!

Вынь пластинку из проигрывателя – и почувствуешь, каково было бы – стать главой клана Московского района. Один раз. Одноразовая эмоция.

Я уже весь вспотел – с головы до ног. Мало того, что я узнал информацию, которую мне знать явно не следует, так ещё и нужно поддерживать концентрацию и не накосячить.

Один промах – и Салтыков всегда будет испытывать эти чувства, убирая пластинку. Изменение его личности не входит в мои планы!

Старик медленно поднялся и пошагал к проигрывателю. Цепь, свисающая с него, принялась растягиваться, проходя сквозь мебель. Салтыков достал пластинку и аккуратно положил её на дубовый столик.

Я почувствовал, как его тело испытало одновременно боль и эйфорию.

Твою мать, надеюсь, я не перестарался. Я поспешно отключил психо-цепь и почувствовал, как монструозная усталость рухнула на меня мёртвым грузом.

Я делал всё, как обычно, но истратил весь запас маны за считаные секунды.

Это связано с уровнем моей цели. Салтыков стоит на десятки ступеней выше, чем я – в этом всё и дело.

Николай Антонович молча вернулся к своему диванчику и, скрипя коленями, присел. Я рассчитывал увидеть в выражении его лица гнев или любую другую эмоцию, но только не восхищение.

Он улыбался, глаза старика блестели.

– Впечатляющую силу в тебе пробудили, мальчик, – произнёс он.

– Я понимаю, с какой целью ты скрывал её. Более того, ты должен и дальше прятать её от чужих глаз.

– Я прячу её, потому что соратники перестанут мне доверять, – честно признался я. – Как потом доказать, что я не принудил того же Беркутова дать мне повышение?

– Никак, всё верно, – кивнул Салтыков. – Беркутов ведь не знает, какой силой ты владеешь?

– Нет. Никто кроме вас, Николай Антонович, этого не знает.

– Любопытно. И это к лучшему, – заключил старик.