Осторожно! Психопат в клане! Том 1

Сейчас 2024-ый год; мне двадцать лет; я живу в Российской Империи, в Санкт-Петербурге; мою семью истребили в войне кланов, а меня использовали для… открытия ветки магии, которая ранее была закрыта.

Когда я пытался прикоснуться к следующим воспоминаниям, мозг начинал кипеть, но я чувствовал, что нахожусь на верном пути. Поэтому продолжал.

Меня подвергли пыткам и жуткому магическому ритуалу, вследствие которого я потерял рассудок, но в этот момент изувеченное сознание заменила другая личность, попавшая в этот мир случайно.

Я оставил ядро в покое и, тяжело дыша, начал утирать пот, покрывший всё моё лицо.

Я бы мог ставить под сомнение свой рассудок сколь угодно, не пройди через меня эта энергия. Она была настоящей, чистой. Такая штука просто не может лгать. Она была со мной искренней.

Мой взгляд опустился на вспотевшие ладони. Я чувствовал в них силу. Не физическую, нет. Это тело и в подмётки не годилось тому, каким я владел в прошлой жизни. Но в нём было нечто иное.

Магия.

Вот уж не ожидал, что когда-нибудь подумаю о таком всерьёз!

Это – не просто магия. Это – шанс. Жизнь дала мне второй шанс, и я его не упущу. Всмятку разобьюсь, но сделаю всё, чтобы не закончить так глупо, как в прошлый раз!

Более того, энергия, проснувшаяся внутри, подсказывает мне, что по какой-то причине её не мог использовать прежний владелец тела, зато могу я.

Я отдался интуиции и подошёл к двери, выглянул в окошко. Моё тело, мои мысли – всё перешло в режим автопилота.

– Стёпа! – позвал я соседа.

Сосед лениво завозился в другом конце палаты, но всё же подошёл.

– Посмотри мне в глаза, – приказал я.

Ладонь сама поднялась вверх, из неё с громким звоном вырвалась энергетическая цепь и, пролетев сквозь стены, опутала сумасшедшего.

Стёпа замер, в ужасе глядя на меня. Он не мог ни закричать, ни пошевелиться – словно кролик во власти удава.

Моё сознание установило контакт с его больным разумом через цепь. Передо мной заструились искаженные картинки его прошлого.

Тяжелое детство. У мальчика не было родителей, он вырос в детском доме. Его били и пользовались им, как хотели. Он не познал ни любви, ни дружбы. Лучшим его другом в зрелом возрасте была бутылка водки.

Картинки его прошлого походили на несобранный паззл. И я принялся его собирать.

Я чувствовал, что этот процесс отнимает мои силы. Незримый бак с топливом стремительно истощался, но я должен был закончить процесс. Я хотел научиться пользоваться этой силой.