Младший сын князя. Том 5

Она отказалась, поскольку не собиралась бросать пациентов. Не хотела, чтобы они чувствовали себя покинутыми, даже если это были последние мгновения их жизни.

Тогда я пошёл на самоотверженный поступок и, рискуя всем, что есть, собрал небольшой отряд и организовал цепь диверсионных вылазок в тылу врага. Шансов на победу у нас практически не было, но мы чудом победили, несмотря на то, что я вновь оказался на краю гибели.

В этот раз она выхаживала меня несколько месяцев. Она посвящала всё своё свободное время мне и делала всё, чтобы я скорее встал на ноги.

В свою очередь я поддерживал её словами, с каждым новым днём замечая, как пережитые трудности сближали нас.

Затем я впервые поцеловал её. Это был поцелуй, наполненный нежностью наших чувств. После поцелуй перерос постепенно в любовь. По ночам мы предавались нашим чувствам, а сам я захотел отбросить месть и завести с ней семью. Ведь я впервые после смерти родных почувствовал, как зияющая дыра в душе заполнилась любовью к этой девушке.

Однако пока длилась война, я не мог позволить себе этого сделать.

Слишком сладка была та жизнь, о которой я мечтал, и такой же горькой была очевидная правда.

До тех пор, пока идёт война, мы всегда будем жить в страхе. Пока мы пытаемся взвалить это тяжёлое бремя на других, мы не сможем быть счастливой семьёй. Каждый из нас будет корить себя за бездействие.

Будь проклята эта война...

Я любил свою спасительницу, но любовь на войне стоит слишком дорого. Моё сердце разрывалось от обиды и несправедливости, когда мне приходилось сказать, что нам нужно расстаться.

Мы оба понимали, почему так будет правильно, но оба не могли сдержать слёз.

Мы дали обещание друг другу, что когда закончится эта война, то обязательно встретимся друг с другом. И если случится так, что кто-то из нас не сможет его сдержать, то пусть последний проживёт оставшуюся жизнь за нас двоих, и будет по-настоящему счастлив. Ведь пока жива память о человеке, жив и он сам.

Это была наша последняя встреча. Я посылал ей письма, но до меня не доходило ответов.

Я знал, что она ушла служить на передний фронт, где не переставая велись бои. Мало кто выживал там больше нескольких месяцев, но я старался верить, что с ней всё в порядке. Что она сдержит обещание.

Однако обещание не сдержал я. У меня появилась возможность закончить эту войну, но если бы я, судя по тому, что я вспомнил самостоятельно, не запечатал эти воспоминания, то никогда бы не решился на столь самоубийственную миссию.