Йормундур

Каково же было удивление охотницы, когда на месте предполагаемой косули оказался невзнузданный вороной жеребец, да ещё и без хозяина. Тордис спрятала лук, живо замахала товарищам, чтобы те и носа не казали, а сама давай приглядываться. Конь пасся прямо на мелководье, окунал крупную морду, что-то выискивая, купал роскошную длинную гриву. И между тем конские волосы выглядят неухоженными: зелёные от тины, мокрые, слипшиеся в жгуты. Нестриженная чёлка то и дело падает на глаза, заставляя трясти головой. Сердце Тордис туго забилось.

–  Вот так жеребчик!

Девица вздрогнула, мельком глянула за спину.

–  Эсберн, цыц!

Помянутый Эсберн, молодой русоволосый нормандец, одетый в лёгкий доспех и овчину, ухмыльнулся и выглянул с другой стороны ствола.

–  Ты мне не поверишь, но этот конь…

–  Ещё как поверю. – Тордис вернула стрелу в колчан, перекинула лук назад поперёк груди. – Это агишки.

–  Что за дурацкое название! – Эсберн зажал собственный смеющийся рот. – У нас они зовутся келпи – озёрные и речные жеребчики.

–  Хочу его.

–  Чего-о?! – викинг озадаченно глянул на подругу из-за дерева.

–  Давай его завалим.

–  Конины захотелось?

–  Да нет же! Мы с тобой давай зайдём спереди, остальные по двое справа и слева. Вброд он не попрётся – здесь глубоко и течение сильное.

–  Ты глянь, он матёрый какой – одни только мускулы! Мы его ни в жисть не удержим!

–  Впятером удержим, – и Тордис уверенно двинулась вперёд, дав сигнал прочим охотникам.

Почуяв неладное, жеребец выпрямился, навострил уши. Из ноздрей повалил пар, литые мышцы надулись от тяжёлого дыхания, как кузнечные мехи.  Пятеро охотников вышли на берег, плавно образовывая полукруг. Конь захрапел, пошёл бочком, шлёпая по воде. Живой капкан сомкнулся плотней, ещё плотней.

–  Ну! – крикнул кто-то. Все скопом бросились на животное. Конь вправо – хватают справа, конь влево – лезут слева. Жеребец пронзительно заржал, мотнул гривой, встал на дыбы. Мощные копыта чуть не наставили кому-то синяков.

–  Да ты прилип к нему, что ли! – засмеялись вокруг.

–  Прилип! Ей-же-ей прилип! – несчастный крепко взялся за шею беснующегося коня, попробовал отклеиться от спины, но штаны и впрямь намертво пристали. Раздался крик напополам со звонким ржанием.