Мертвый мародер

Я сделал небольшой крюк и направился в тыловой лагерь банды — благо, успел запомнить к нему дорогу. Чуть дальше засыпанной щепой просеки виднелись палатки из грязной парусины и лежали рюкзаки и торбы — разбойники отправились на штурм налегке, что вполне логично.

Охраняли добро лишь двое подранков. Один лежал около костра со стрелой в животе и, похоже, доживал свои последние часы, а второй — с перебитой рукой — мешал в котелке какое-то варево.

Но бдительности не терял — подле него лежал легкий заряженный арбалет, как раз на случай внезапной встречи.

Жестом велел Тиле ждать за деревом, а сам пошел вперед. Как оказалось, ниндзя из меня — такой себе, и пару шагов спустя ублюдок встрепенулся и схватил оружие.

— Кто здесь?

Не дождавшись ответа, сунул в зубы толстую укороченную стрелу и заводил арбалетом по сторонам. У того имелась скоба для натяжения, и при должном старании получилось бы перезарядиться и одной рукой.

Так что не стал тратить время, а вызвал скелета и направил на цель.

— Сука!

Болт пролетел сквозь ребра, боец попытался взвести тетиву. Но я метнулся к нему и саданул в лицо «яблоком» эфеса. Каратель упал на спину и зашипел, зажимая разбитый нос.

Кровь из него хлестала, как из пробитой пачки сока, и вид ее почему-то вызвал не отвращение, а острое желание закончить начатое и порубить гада на мелкие кусочки.

— Что за шум? — едва слышно донеслось из палатки.

— Спи дальше, — рыкнул я. — Или дыр в пузе станет больше.

Мужик сделал вид, что отключился — даже мыски сапог раскинул. Я же легонько ткнул молодого в грудь острием и произнес:

— Что вы здесь делаете? Отвечай.

— А на что это похоже? — гундосо возмутился враг. — Деревню грабим!

— Да? — усилил нажим, и парень зашипел, как змея под ботинком. — Пять лет не грабили, а тут резко захотелось?

— Да почем мне знать? Шейр приказывает — я исполняю. А иначе на первом же суку вздернут.

— Врешь, собака. Или говори — или прикажу скелетам обглодать тебе ноги.

— Н-нет... — пес заметно побледнел и попытался отползти, но слуги обступили его со всех сторон. — Ты не посмеешь.

— Неужели? — хмыкнул. — А что мне помешает?

— Нет! — крикнул уже громче. — Шейр сказал, ты другой...

Он осекся и поморщился, как от зубной боли.

— Другой? — усмехнулся. — Это какой? Словно не от мира сего? С высокой моралью и принципами? Вы немного опоздали, ребятки. Во-первых, я здесь уже давненько и успел повидать немало дерьма.