Мертвый мародер

Ушастый явно не ожидал столь грубого напора и растерялся, за что и хорошенько получил по сусалам. Теперь уже я принялся молотить его с двух рук по скулам, подбородку и носу, и всего за несколько взрывных подач ублюдок пустил сок из всех трех мест.

Правда, счастье длилось недолго. Придя в себя несмотря на град ударов, враг неуловимо быстрым движением перехватил оба моих запястья, резко потянул на себя и вмазал мне головой в лицо.

Таран вышел настолько сильным, что мы всего за один раз поменялись местами. Теперь уже я валялся на спине и пытался собрать глаза в кучу, в то время как эльф с перекошенной окровавленной рожей хлестал меня по морде — да с такой прытью, что порой казалось, будто охаживает не один хлыщ, а сразу три.

Стар Платинум, наверное, так быстро не бьет, как лупил Альдаэр, вколачивая череп в песок и высекая по пять процентов нежизни за плюху. И я уже приготовился полностью потушиться, но почему-то вместо отключки чувствовал необычайный приток сил.

Причину долго искать не пришлось — слишком уж знакомыми были ощущения.

Все дело в алых каплях, что обильно капали из разбитых губ и носа. Я еще плотнее закрыл рот, но даже простой контакт с кожей вызывал такой же эффект, как у заядлого кофемана от запаха свежемолотых зерен.

Злость вскипала совсем как у живого. По венам разливалась сила — такая, что этому козлу и не снилась. Я схватил его за предплечье и сжал так, что ублюдок заскулил, точно побитый пес.

Однако драку не прекратил и продолжил навешивать мне свободной рукой.

И после каждой подачи перед глазами вспыхивали новые строки:

Ты можешь легко одолеть его.

Порвать на куски, поломать, как медведь ребенка.

Ты без труда победишь любого, потому что они — обычные смертные.

Все, что нужно — лишь капелька крови.

Прими свою силу.

Не отрицай свою природу.

Ведь ты все равно не отыщешь душу.

Никто из посланников ее не нашел.

Всего один глоток — и ты получишь все, о чем только посмеешь мечтать.

Глава 26

Я посмотрел в налитые кровью глаза эльфа.

Затем покосился ниже — предплечье выгнулось под совершенно нездоровым углом, а посреди лучевой кости набухла алая шишка.

По щекам Альдаэра катились слезы, однако он не прекращал бить, несмотря на нечеловеческую неописуемую боль. Потому что видел цель, мечтал о ней и делал все возможное, чтобы ее добиться.

Значит, и я не сдамся.

И темная сука не добьется ничего, кроме пинка под зад.

Я разжал пальцы и захлопал ладонью по песку, но врага это не остановило.