Род проклятых

Она ездит на работу только на трамваях и автобусах. Я не понимаю.

Ладно, я. Мне по закону нельзя иметь собственный дом, но до совершеннолетия я вообще ничего не мог иметь в своей собственности. И все свободные и, скажем так, лишние деньги я трачу на дом. Огромный заброшенный особняк, который я выкупил и оформил на свою компанию три года назад, в котором сейчас заканчивают реставрацию и делают окончательную уборку.

Остановившись у кухни, я жадно втянул носом ароматы, доносящиеся из нее, и, сделав шаг, с улыбкой наблюдал за мамой у плиты.

Кухня, обставленная просто и скромно.Здесь не было большого количества мебели и техники, а стены не украшены декоративными элементами. Вместо этого кухня выглядела довольно просто: деревянные столы, стулья и полки для хранения продуктов. Однако, несмотря на свою простоту, эта кухня все же выполняет свои функции и позволяет готовить вкусную еду.

— Доброе утро! — радостно произнесла мама, когда я появился в дверном проеме.

— Доброе! — Я поцеловал ее в щеку и сел за накрытый стол, жадно втягивая аромат свежих блинов с вишней.

— С днем рождения! — Она взлохматила мои волосы и положила горячий блин из сковородки на мою тарелку. Затем она протянула мне белоснежный конверт.

— Что там? — улыбнулся я, вскрывая конверт и вытряхивая на стол пластиковую карточку имперского банка, связку ключей и сложенный пополам документ. Бросив подозрительный взгляд на маму, я взял документ и погрузился в чтение, догадываясь, что там написано.

— Я копила последние четыре года, — начала мама, гордо усаживаясь напротив меня. — На карточке около двух тысяч золотых рублей, а это ключи от небольшой студии в верхнем городе. Это, конечно, не центр, но вид потрясающий. Новый район, высотные здания. У тебя будет двадцать седьмой этаж. Если будешь расходовать с умом, тебе хватит на несколько лет.

Я не знал, что сказать. Мне было сложно выразить свои эмоции, и я просто сказал:

— Ну нет! Нет, ну почему?!

Мама расстроилась и начала плакать.

— Ты не рад? — спросила она.

Я подскочил на ноги и бросился обнимать ее.

— Спасибо! Конечно, я рад! Но не стоило. Это ведь так дорого! — я не мог подобрать слов от удивления.

— Не дороже денег, и у тебя должна быть лучшая жизнь, чем у меня, — сказала мама, опустив голову и затрясшись в слезах.

***

С сожалением я лишь обнял маму.