Знамение долин

С другой стороны нельзя отметать вариант, что вы приезжали в Даштар по делам и случайно оказались в месте прорыва, — специально делаю паузу, словно не могу найти другого объяснения. — Но тогда вам пришлось бы обниматься с хершарисами, чтобы запах сохранился столь долго, чего эндари никогда бы не допустили. Какие же остаются варианты?

— Незаконное владение хершарисом, — отвечает за нее Веси. — Правда не могу представить, кто согласился бы купить такого монстра.

— Так что скажете, Риобин Доэрти, будете разговаривать с Эктрокасом или с Тиес-Аврем? Рекомендую второй вариант, вам хотя бы не отрубят голову сразу.

Риобин, кажется, действительно раздумывает над своими вариантами, ни один из которых не выглядит особенно обнадеживающим. Внимательно слежу за ней, чтобы избежать повторной попытки побега.

Мне приходит оповещение. Иконка с письмом повисает перед глазами, скрывая из вида Риобин и Веси. Всего на пару секунд я отвлекаюсь. Но Риобин оказывается этого достаточно. Она делает мне подсечку, из-за чего я падаю ей под ноги, и, поднырнув под руку замешкавшейся Веси, бросается к своему столу.

— Отруби ей руки, — выкрикиваю слишком поздно. Веси не успевает создать разрыв в нужном месте.

Риобин нажимает кнопку на одной из ножек стола. Несмотря на поставленные заглушки квартиру разрывает вой сигнализации. План действовать незаметно только что вылетел в окно. У нас есть меньше минуты до появления охраны.

— Вариант номер три, — объявляет Риобин, доставая из ящика пистолет, — я прострелю головы вам обеим и благополучно закончу со своими делами.

Когда я пытаюсь подняться на ноги, она переводит на меня дуло пистолета. Незаконного пистолета, потому что вряд ли хоть одна страна выдала бы ей разрешение на ношение оружие. Хотя ей не составило бы труда купить миллион таких разрешений. Вынимаю из ножен кинжалы. Холодное оружие против горячего. У меня не так много шансов. Пригибаюсь и делаю выпад, целясь одним из кинжалов ей в бедро.

Выстрел словно происходит в моем воображение, он кажется бесшумным из-за сирены, единственное доказательство его реальности — физическая боль. Пуля проходит навылет через мое левое плечо, разрывая плоть. Горячая кровь моментально впитывается в плотную ткань куртки. Чип вис в мозгу временно подавляет боль. Доказательства моего присутствия крупными каплями капают на пол. Меня ждет знатный выговор за подобную оплошность.