Квартет Демиургов

Такую, от которой казалось, будто паришь над землёй!

И Данте воспарил, словно его тело стало воздушным шариком, накаченного гелием. Крик застыл в горле парнишки, зелёные глаза расширились от неожиданности, а тело очень медленно кубарем покатилось, как не парадоксально, вверх. Снова не получалось дышать, и снова никакого дискомфорта от асфиксии.

Зато появилось новое чувство — невероятная свобода.

Данте очень понравилось это ощущение. Он взял себя в руки, заставил тело остановиться в воздухе, распрямился, принял вертикальное положение и окинул взором красоты неизвестного мира, в котором оказался.

Какая-то птица издала звонкий клёкот, Данте уставился в сторону непроглядной зелени, откуда доносился звук, и плавно полетел по воздуху, чтобы всё проверить. Вот только тянуло его больше не поверхность исследовать, а то, что расположено под толщей вод.

Вторая проснулась Альмалексия.

Шок от открывшейся перед глазами девушки картины мгновенно перебил мрачные мысли о произошедшем буквально секунду назад. Атлетично сложенная девушка с рыжими волосами длиною по плечи, в сером костюме будто бы супергероини, но без юбки, плаща и других отличительных аксессуаров — резко отскочила в сторону, чтобы не быть сбитой.

Кем?

Альма оказалась посреди обсидиановых пустошей: вокруг вулканы, течёт свежая лава в нескольких метрах, вот только жара девушка не ощущает.

Это чудо, хотелось сказать, в перьях, было облачено в горящие обсидиановые чешуйки и всем своим видом выдавало в себе черты земного панголина. Ну, который на еловую шишку очень похож.

«Какого чёрта тебе от меня надо?!», — беззвучно открывая рот, распалилась гневной тирадой Альма, после чего резко схватилась за горло.

Да, вот именно: она наконец осознала, что не дышит.

Пара секунд паники, страшных конвульсий и вот Альма уже стоит с озадаченным лицом: наблюдает, как на неё катится лавовый панголин, словно огненное колесо. И почему только ей совсем не страшно?

Будто бы на инстинктах, Альма замахнулась левой рукой, дождалась, когда панголин прикатит поближе, а потом ка-а-ак даст прямо по броне! С виду грозное животное рассыпалось на обсидиановые чешуйки, будто фейерверк.