Восход. Солнцев. Книга VIII

Как же он кричал, отчаянно пытаясь защититься от моей магии.

На этом начался мой полет. В спину ударили. Ребра, как и позвоночник, хрустнули. Если бы не железа, то остался бы инвалидом. Влетел в стену и проломил ее.

Тяжело сдерживаться, но это последняя часть в моем плане. Урод дернулся на Славецкую, этого я не предвидел. Больные ублюдки!

Поднялся. Капитан сейчас сражался с другими близняшками — брюнетками, и они ему не уступали в силе. Неожиданные атаки, вот только тень против света… Направился к Кате.

Девушка лежала, согнувшись и без сознания. Тварь, который ее ударил, валялся рядом. Хорошо его мои пули порвали — пол-лица до кости отсутствовала, часть органов выпала из пуза, и он хрипел.

Броздов пытался помочь своему коллеге, но девушки занимали все его время. Я наклонился к Дубову.

— За это тебя казнят! — хлюпал старший лейтенант. — Твой род, всех! Баб твоих в публичные дома для бедняков отправят.

— Знаешь, какой ты по счету? — улыбнулся я. — Уже устал слышать одни и те же угрозы, придумайте что-то новое.

Упер свою руку ему в грудь. Железа послала сигнал, и на моих пальцах выросли когти. Разрывая плоть, медленно, чтобы Дубов ощутил всю прелесть, впихивал ему ладонь в грудь. Схватился за сердце и одним движением вырвал его.

— Нет! — заорал капитан.

Положил орган рядом с Катей, дал ей восстановление магии и лечилку. Девушка очнулась и уставилась на меня. Подмигнул ей.

— Хватит! — крикнул я. — Я пойду с вами.

Битву девушки почти проиграли, Броздов не стал их убивать.

— Животные, жалкие, трусливые твари! Вам не позволяют соблюдать свои правила и законы, — улыбнулся. — Нападают, пытаются убить, чтобы показать место. Дабы сохранить жизнь вам, я сдаюсь. Каждый из вас мне должен: Краснов, Носов и суд.

Под скрежет зубов я направился к капитану. Хотел принц войну? Ты ее, гаденыш, получишь!

— Это тебе за Дубова, — ударил мне в живот светом капитан. Кровища потекла моментально, хорошо, что успел защитить железу.

На меня накинули аж три веревки. Как мило! Блокирующую магию монстров и рабский ошейник. Тогда я ощутил всю боль в теле.

— Катюша, — выдавил из себя. — Передай, что они мне должны еще больше. Козлы старые...

Второй удар в голову, и я отключился.

Глава 7

Екатерина Славецкая в кабинете отца

— Я убью их! — произнес сухо Анатолий Викторович.

— Успокойся… — перебил только что пришедший Трутень. — Давай четко и по делу.