Дедушка Данзо

Учитывая сам факт взрыва, Кабуто справился с новой для него техникой мёртвой души. Взрыв печати должны были уничтожить тело Тошиэки. Но где Кабуто? У них осталось не так много времени, пора уходить. Шисуи решил подождать оговоренное время, а после идти его искать.

Бросить напарника он не мог.

Бесшумной тенью спустя несколько минут в комнату зашла женщина. Она вышла на лунный свет, что проникал через окно и осветил её лицо. Полная копия хозяйки этого домика, кроме одежды. Шисуи расслабился и деактивировал шаринган.

— Что тебя задержало?

— Пришлось строить из себя оглохшую и испуганную старуху.

— Ясно. — Улыбнулся уголком губ Шисуи. — Переодевайся и уходим.

Кабуто вцепился ногтями в собственные ключицы и одним рывком содрал мнимое лицо старушки. Он быстро скинул с себя форму уборщицы гостиницы и обувь, помогая Шисуи переодеть хозяйку. Не забыли они и измазать открытые участки её кожи, а также волосы.

***

— Вы двое сразитесь не на жизнь, а насмерть, — спокойно произнёс Данзо и подал знак. В землю воткнулись четыре куная, заключая двух будущих молодых шиноби Корня в прямоугольную область большого периметра. Рядом с Данзо спрыгнул подчинённый в маске Волка.

— Это... — прошептал шокированно черноволосый парнишка лет тринадцати. Напротив него застыл его названный брат Шин, что был постарше на пару лет.

Волк сложил печати и приложил руки к земле, активируя барьер. Внутрь проникал свет и звук. Данзо видел своих будущих подчинённых, а те его нет — только слышали.

— Это будет ваше финальное испытание. А победитель станет частью Корня. — Данзо прищурился, рассматривая кандидатов. Один как всегда был эмоционален, а второй собран. Именно из-за первого был нужен этот финальный этап. — У вас есть три часа, пока не останется в живых один из вас... Или вы погибнете оба. Время пошло.

Советник упёрся двумя руками в трость, намереваясь внимательно следить за каждым действием кандидатов. Оба подавали большие надежды.

Первый — Сай — благодаря своим художественным навыкам, в будущем мог стать отличным шпионом и диверсантом. Но всё портил один факт — парень был слишком эмоциональным.

Второй — Шин — зарекомендовал себя как более хладнокровный исполнитель. Подавал надежды в тайдзюцу и кендзюцу. Особенную ценность представляли его сенсорные способности.