Неудержимый. Книга XIII

Может, она и по моей компании чего полезного подскажет…

(Алхимический небоскрёб, офис компании «Мир Эликсиров», кабинет директора)

Вяземский сидел в своём кресле и задумчиво стучал по столу пальцами. Он совсем не понимал, что вокруг происходит. Какая-то долбаная полоса неудач. Где он провинился? Что удача так резко и бескомпромиссно от него отвернулась? Сначала проблемы с кражами самых дорогих эликсиров, потом история со слабительным.

- Донской! Сука! – вспылил он и, откинувшись на кресле, закрыл глаза и начал массировать себе пальцами виски.

Я же знаю, что он во всём виноват, но доказать ничего не могу. Как он это делает? Может, магия какая? Он хохотнул. Ну да, у этого-то голодранца дар? Он же в интернате был самым слабым учеником, как он вообще смог выжить в «Восточном», да ещё и товаров оттуда пригнать? Впрочем, с товарами ему не повезло. Скоро они все стухнут, не зря же Назаров заблокировал ему счёт.

Точно, а почему бы Авдотье не выкупить их у него по дешёвке? Скажем за десять процентов?

Вяземский рассмеялся, довольный своей идеей.

Стационарный артефакт связи подал признаки жизни.

- Слушаю, - нажав на кнопку, ответил он.

- Венцеслав Михайлович, к вам Авдотья Андреевна, пропустить? – деловым голосом спросила у него секретарь.

- Пропусти Любочка, - дал добро он в предвкушении… даже руки потёр, чтобы девушка не ворчала, что ей холодно.

- Любочка? – Авдотья ворвалась в кабинет словно ураган, - Уволь её немедленно!

- Уволить? – удивился Венцеслав, поворачивая кресло в её сторону.

Увидев девушку, он нахмурился, потому что на ней не было лица. Бледная как поганка, словно ей осталось жить несколько часов.

- Что случилось? – он хлопнул по своим коленям, - Давай, девочка, присаживайся к папе на коленочки и всё ему расскажи и возможно, он решит все твои проблемы, - облизнувшись проворковал он, - Но не раньше, чем ты решишь мои…

- Какие коленочки?! – Авдотья начала закипать, - Ты хоть понимаешь, что происходит? Сидишь тут! Увалень! В носу ковыряешься!

Впервые в жизни Венцеслава поносила его же любовница.

- Дорогая, - он сделал возмущённое лицо, - Что случилось? Я впервые вижу тебя в таком состоянии.