Многоликий

– Юзлесс, твою мать, проснись!

Квирт пробурчал что-то сквозь сон и открыл глаза. Сонные глаза огневолосого парня встретились с бешеными глазами наёмника, и юный маг неожиданно вздрогнул.

- Что такое? – обеспокоено прошептал он.

- Быстро в крысу! – зло прошептал Жакан. – Быстро! И под кровать!

Когда Юзлесс хотел спросить, что вообще происходит, замок двери, который Пентр закрыл лично своей рукой, начал медленно и почти бесшумно вращаться. Лишь теперь, когда Квирт понял, что дело пахнет жареным, он соскочил с кровати, едва не упав на пол и запутавшись в одеяле, и начал шептать свои слова.

Жакан же в свою очередь в два шага оказался возле шкафа, откуда извлёк меч, после чего встал напротив двери и приготовился к встрече с ночными визитёрами. К тому времени, как замок в последний раз провернулся, наёмник был готов броситься в бой, едва покажется первый человек, маг же давно обернулся грызуном и где-то скрылся.

Когда замок открылся, прошло несколько секунд, прежде чем дверь… слегка приоткрылась, и внутрь вкатились две сферы, источающие… лёгкий красный дымок со сладковатым запахом, после чего дверь вновь плотно закрылась.

Когда Жакан сообразил, что это такое, его тело стало лёгким, как пушинка, голова сделалась пустой, а ослабевшие руки выпустили меч.

- Сонный… – прошептал наёмник, чувствуя, как вот-вот упадёт, – туман…

***

Сознание в тело Жакана возвращалось рывками, и каждый такой рывок вызывал у него тошноту и неприятную боль в затылке. Вспышка - и вот он на улице… Вспышка - и пахнет сыростью… Вспышка и какие-то голоса… Вспышка… и мгновенная тьма.

Наконец сознание начало медленно возвращаться, а вместе с ним - тошнота, слабость и адская тупая боль в области затылка. Когда наёмник открыл глаза, первое, что он увидел - яркий свет, ударивший прямо в глаза. Через несколько секунд его вырвало прямо под ноги. Через минуту всё повторилось. Когда желудок опустел, тело, будто почувствовав облегчение, пришло в относительною норму. Слабость почти прошла, свет уже не резал глаза, но боль в затылке всё ещё оставалась нестерпимой.

- Как неприлично делать такое в гостях, – заговорил чей-то голос.

Жакан, попытавшись повернуться, понял, что крепко привязан к стулу и единственное, что он мог делать - это крутить головой, но это действие усиливало боль в затылке. Переборов себя, Пентр слегка повернул голову влево и увидел в углу силуэт, сидящий в тени. Нога на ногу, руки скрещены на груди, лица не разглядеть.

- Где я? – охрипшим голосом проговорил Жакан.