Спящая… красавица?

С грубыми руками, знакомыми с плугом и лопатой и безумными от страха глазами.

– Для кого-то оно может быть и доброе, – вздохнул на это Гектор, присаживаясь на кровать. – Но явно не для этого человека. Представляешь, он хотел меня ночью ограбить!

– Ну так я тебе сразу сказал, что трактир мне не нравится, – напомнил свое ночное напутствие Ригур. – К тому же мы вчера так сорили деньгами, что у некоторых индивидуумов вполне могло возникнуть желание облегчить наши кошельки.

– К тебе тоже залезли? – полюбопытствовал Гектор.

– Ага, сейчас, – фыркнул солигиец. – Я что, девица, чтобы ко мне тайком в окошко лезть? Да и незачем было, все свои вещи я тут оставил, забыл что ли? А вот вчерашняя служанка, которая так тебе понравилась, наверняка за звонкую монетку могла сказать об этом кое-кому, верно, мил человек?

Он вдруг резко развернулся к грабителю, вперившись в того холодным колючим взглядом.

– Хотя какой ты человек, так…тело, – презрительно поправился Ригур, а затем, на шаг приблизившись к мужику, улыбнулся и мягким тоном осведомился: – И что же будем с тобой делать, тело? Ты хоть знаешь кто мы? И что мы с тобой сможем сделать?

Связанный испуганно заморгал водянистыми глазками.

– Господин, я не знал, не хотел, – залопотал он, постоянно сбиваясь. – Демоны попутали, а у меня жена и трое ребятишек с голоду пухнут…Никогда в чужой карман не лез, а тут как зачаровали…Господин, не губите, не надо, больше ни в жисть…Клянусь, душой своей клянусь…

Чем больше говорил пленник, тем ласковей становилась улыбка Рина, постепенно превращаясь в жуткий оскал.

– Господииин, Лориттой заклинаю, не губииитеее! – взмолился вконец запуганный грабитель и упав с табуретки на колени разрыдался.

"Клиент готов", – довольно констатировал молодой человек. Согнав с лица оскал и от души пнув мужика в бок, тем самым прекратив стенания и снова завладев его вниманием, он все также спокойно обратился к бедняге.

– Лоритта милосердна, – произнес он все тем же мягким тоном. – А вот у меня такой слабости нет. Но я чту богов и потому на этот раз прощу твой грешный поступок.