Тринадцатый

Из сказанного призраком можно было сделать однозначный вывод — разум у этих существ имеется. Но какова их цель и откуда они взялись?

Об этих предположениях Макара я спросить не успел, поскольку в дверь постучали.

Я встал и открыл. На пороге стояла Елизавета Львовна. Она заглянула в комнату и осмотрелась, но Макар успел скрыться.

— С кем вы разговаривали? — серьёзным тоном спросила она.

— Сам с собой, — спокойно ответил я. — Телефона у меня нет, учебников тоже. Чем мне ещё заняться? Хоть бы телевизор поставили.

— Это училище, а не курорт. Алексей, вас вызывает генерал к себе на беседу.

— А зачем?

— Вот у него и спросите. Идите за мной.

Мы спустились на лифте на первый этаж, и там Елизавета Львовна отвела меня к высокой чёрной двери. Постучалась, и, услышав ответ, пригласила меня войти. А сама осталась в коридоре.

Я зашёл в просторный кабинет с длинным прямоугольным столом, рассчитанный человек на тридцать. К нему был приставлен ещё один стол, за которым сидел статный пожилой мужчина. Он окинул меня изучающим взглядом.

Только вот подле него сидел парень со сломанной челюстью. Неужто он вместо целителей сразу жаловаться пошёл? М-да, кажется, я его переоценил... хотя, казалось бы...

— Алмазов Алексей Дмитриевич? — тяжёлым голосом произнёс мужчина.

Я кивнул, после чего он жестом указал мне присаживаться напротив потерпевшего.

Оправдываться я не собирался, поэтому ждал, пока мне начнут задавать вопросы.

— Вы только приехали, а уже устроили драку. Так быстро ко мне в кабинет ещё никто не попадал, — сурово проговорил Яршин.

— Какое последует наказание? — спросил я, не став ходить вокруг да около.

Интуиция подсказывала, что с такими людьми стоит вести себя прямо. Они не любят, когда мямлят или оправдываются. Поэтому я начал разговор с того, чем обычно заканчиваются подобные беседы.

— Вы видели регатов? — ответил он вопросом на вопрос.

— Слышал, — продолжил я придерживаться собственной легенды.

— Слышали, — скептически произнёс он и выждал паузу.

А вот парень со сломанной челюстью выпучил глаза и посмотрел на меня совершенно иначе.

— Да, слышал. И убил одного. У вас же в отчёте всё написано. В том, что лежит на столе.

Яршин Лев Борисович повернулся к парню со сломанной челюстью и указал:

— Гаврила Анатольевич, можете быть свободны. Не забудьте до утра посетить целителя, иначе не сможете отвечать на уроках.

— Но...