Тринадцатый

В вино-то подмешать смогли.

— Ты не шутишь?

— Потом расскажу, сейчас не время. Надо найти твоего отца и убедиться, что с ним всё в порядке. Как и с его сейфами. Куда он мог пойти?

Сергей на миг задумался, а затем громко сказал:

— Умный дом! Покажи барона Лазарева!

— Система обновляется. Время ожидания двадцать три минуты, сорок секунд.

— Чего? какое на хер обновление? — запаниковал Сергей.

А я понял, что Топор уже начал свою операцию. И, скорее всего, он либо усыпил, либо вырубил всех, кто был в доме. Другой вопрос: почему мы не спим?

— Где сейф твоего отца? — серьёзно спросил я и взял со стола нож для разделки мяса.

— Ты чего? — удивился парень, словно подумал, что я ему угрожаю..

— Ну не кирпичом же нам от грабителей отбиваться!

— А, точно, — осенило парня и, он схватил со стола такой же нож.

Эх, как бы сам не порезался. Но об этом я тактично промолчал.

— Поедем на лифте? — предложил Сергей, указывая железные двери в холле.

— Нет, мы там и останемся. Давай по лестнице.

— Точно. Просто система впервые на моей памяти решила обновиться.

Мы поднялись на четвёртый этаж особняка. По пути встретили лишь одного слугу, уснувшего прямо на лестнице. Ну он хоть успел сесть.

— Кабинет отца там, — указал на нужную дверь Серёга и направился к ней.

Но я придержал его за локоть.

— Там нас могут ждать, — предупредил я. — Надо дождаться Макара.

— Блин, а на твоём кирпиче случайно нет кнопки вызова разведчика по команде? — тихо спросил парень.

— Нет, но...

Я задумался, как подать призраку сигнал.

Макар был напрочь привязан к его источнику, поэтому возникло предположение, что он ощутит, если эту связь оборвать. Ну, или почует неладное, если кирпич убрать на пятьсот метров.

Отходить было поздно, поскольку Топор мог взять в заложники отца Сергея. Поэтому решил использовать первый метод. Пётр Александрович учил меня сохранять целостность источника на случай, если кто-то решит им воспользоваться.

Выровнял дыхание. Вдох. Глубокий выдох.

Я ощутил тепло в груди, разливающееся от источника по магическим каналам. Но было там ещё кое-что, на самой грани ощущений.

Это можно было сравнить с четырьмя нитями тепла, отходящими от моего тела. И одна из них была чуть горячее остальных. К ней и потянулся сознанием.