Тринадцатый

— Тогда я сделаю это сам. Ещё партию?

— Давай. А тебе-то оно зачем?

Гаврила, как проигравшая сторона, принялся расставлять фигуры на шахматной доске.

— Ты так ничего и не понял, — шумно выдохнул Илья. — Он убийца, я сразу это раскусил. Узнаю, по чью душу его отправили и нейтрализую сам.

— Силёнок-то хватит?

— Хватит, — ответил Илья, и сделал первый ход белыми.

***

В пятницу мастер удостоверился, что я научился хорошо контролировать остаток маны в своём источнике.

Я выполнял ряд сложных упражнений. Поочерёдно выпускал ману из источника и впитывал энергию из портативного накопителя, а затем сообщал примерный остаток.

Надо отдать мастеру должное, всё это время он следил с помощью особого плетения, чтобы я случайно не опустошил свой источник. А я не только контролировал минимум, но и следил, чтобы там осталось чуть больше. Примерно на то количество, что вытягивают из источника мои подопечные призраки.

— Хорошая работа! — похвалил меня мастер.

Было видно, что контроль чужого источника дался ему также тяжело.

— Значит, вы больше не боитесь, что я разрушу училище, и мы можем перейти к простым плетениям? — задорно спросил я.

Во мне разыгрался юношеский азарт, который напрочь убрал накопленную усталость.

— Неужто в вас ещё силы остались? — спросил мастер, присаживаясь на скамейку в спортзале.

— Да. Так я могу попробовать создать нить?

В стенах здесь были вшиты специальные артефакты, которые не позволяли любой магии выходить за пределы помещения.

— Нить не создаётся просто так. Если ты её создал, то должен обязательно что-то сплести. Пусть хоть заклинание развеивания маны в пространстве, но нельзя просто оставлять нить. Иначе либо произойдёт мощный выплеск в одном месте, либо что похуже, если нить самостоятельно сплетётся в случайное заклинание.

— Что-то мне подсказывает, что большинство заклинаний было разработано именно вторым способом.

— Если в него вложено достаточно маны, то может сработать и случайное плетение. Но чаще всего юные маги сталкиваются с первым вариантом. Магия без указанной цели высвобождается, и кадеты идут лечить ожоги лица, рук и слепоту.

— Понятно, тогда давайте попробую что-нибудь простое. Что точно вас не заденет.

Я специально сделал акцент на мастере, чтобы он понимал — за себя я переживаю в последнюю очередь.