Эргоном: Опричник Его Величества

Что там у него ещё должно быть? Портсигар, служащий корпусом винтовки. В него вставляется вывинчивающийся из ручки ствол. Всё это не должно вызывать подозрений даже при срабатывании сигнала металлодетектора. Но куда он дел патроны? В основание трости, где стальной набалдашник? Больше ничего в голову не приходило. Ну, разве что ему с этим помогала спутница, но едва ли он доверился бы ей. Я почти не сомневался, что женщину он использовал вслепую, просто уговорив её прихватить его в качестве сопровождающего кавалера.

Появление Авинова не осталось незамеченным. Многие поворачивались, бросая на него недоумевающие взгляды. Однако его спутница вела себя, как ни в чём не бывало, здороваясь с гостями и мило щебеча. Наверное, ей эта непринуждённость стоила немалого нервного напряжения. Я обратил внимание, что она почти никому Авинова не представляла. Похоже, большинство гостей его знало. Неудивительно: в прежние времена Лиловый клан был весьма могущественен.

Пока я разглядывал Авинова и его спутницу, большая стрелка на часах переместилась на отметку «одиннадцать», и герольды, кивнув друг другу, подняли горны и протрубили сигнал к началу торжества.

До полуночи собравшимся предлагалось провести час в танцах и угощаясь лёгкими закусками, расставленными вдоль стен на передвижных столиках. Народ повалил в соседний зал. Я заметил, как Авинов осторожно осматривается, прикидывая, где лучше выбрать место для выстрела. Его взгляд скользил по верхам, лицо ничего не выражало. Вместе со своей спутницей он прошёл в бальный зал и смешался с толпой.

Его Величество пока не появлялся. Вероятно, он выйдет незадолго перед тем, как часы начнут отбивать полночь. У дальней стены была установлена роскошная кафедра, кажется, сделанная из натурального льда в виде саней. Располагалась она как раз напротив террасы, где сидели музыканты. И на время поздравительной речи они спустятся на десятиминутный перерыв. Лучшего времени, чтобы выстрелить, не найти. Уверен, когда царь начнёт говорить, и все взгляды будут прикованы к нему, Авинов поднимется на балкон, соберёт свою винтовку и наведёт её на ледяные сани.

Я взглянул на часы. Осталось только дождаться появления императора. Всего сорок пять минут – и настанет мгновение моего триумфа!

- Дамы и господа! – звонко, перекрывая гул, обратился к присутствующим распорядитель в белоснежной, расшитой серебром и самоцветами ливрее. – Новогодний бал объявляется отрытым! Всем – танцевать!

Стройно и дружно грянули музыкальные инструменты.