Страж Кодекса. Книга IV

— пожевал губы Ефрем. — Как сильно она вредит тебе и сможешь ли ты использовать её, если всё пойдёт по дерьмовому сценарию?

Я улыбнулся. Пусть старик тот ещё брюзга с тяжёлым характером, но я думал о нём верно. Ефрем сложный человек, но переживает за тех, кто стал ему близок, проявляя заботу, как умеет. Он видел, что мне после срыва печатей и Зова было откровенно хреново, но он также и наблюдал за мощью пламени души Охотника. В нём борются два противоречия, и если я отвечу, что могу отъехать вновь, то он даст заднюю.

— Не переживай за меня, старик, — положил ладонь на его плечо и сжал. — Эта сила мне никак не вредит. А то, что было там... Считай это разовой акцией.

— Тогда ладно, — выдохнул он и сказал: — Нам нужно готовится и отправляться. Слишком долго находимся на одном месте. Тварей приходит всё больше и Арно тяжело с ними справляться. Тебе нужно ещё время, чтобы оклематься?

— Нет, — ответил я с улыбкой, немного приврав.

Ефрем кивнул и пошёл в свою палатку собираться, а демон остался со мной и жевал попкорн.

— Что? — посмотрел на него. — Твоё красноречивое молчание меня бесит. Скажи уже что-нибудь.

— А что мне говорить? — хохотнул Заебос. — Я доволен результатом. Хоть кто-то заставил тебя подумать и подключить мозг. Но ты же понимаешь, что старик теперь знает слишком много? Он уже задавал мне вопросы про Кодекс и Орден, когда ты был в отключке.

— Спасибо.

— Ого! — натурально удивился демон. — Великий Охотник Райнер искреннее меня благодарит?! Жаль у меня нет камеры, чтобы запечатлеть этот момент!

— Хорош уже язвить, — поморщился я.

— Ничего не могу с собой поделать, — оскалился он, после чего зажевал попкорн и с набитым ртом произнёс: — Считай фто твоё фпафибо согрело мне дуфу.

— О чём ты?

Демон проглотил попкорн, поковырялся в зубах и с улыбкой ответил:

— Ну, не каждый день можно заглянуть в душу Охотника и посмотреть его «внутренний» мир.

— И что? — хмыкнул я. — Многое увидел?

— Да так, — расстроился демон. — Чуть-чуть в щёлочку посмотрел и чуть не ослеп. Не зря мне папуля говорил, что нельзя есть души Охотников, а то заработаешь гастрит.