Вернуть Боярство 9

Мне в тот день повезло — я оказался достаточно близко, что бы видеть схватку во всех подробностях, и при этом — на относительно безопасном расстоянии от эпицентра. Моя тысяча, старого образца, но из числа самых крепких вояк, которым доверили прикрывать от возможных атак противника три батареи самых современных, зачарованных у лучших артефакторов Европы орудий, на которые была основная надежда в обмене ударами с боярскими сынами — младшими, не наследными сыновьями в своих семьях, бастардов и прочих маловажных членов Родов, которые, тем не менее, обладали достаточной магической силой, дабы считаться одними из самых грозных воинов-магов тогдашней Европы, наряду с тевтонскими рыцарями и мальтийскими боевыми магами, отказавшимися от рыцарских традиций ради увеличения эффективности своих боевых магов — в противостоянии с османами старые, традиционные подходы показывали свою несостоятельность.

Демоны да будут являться пьяными и устраивать безнаказанный дебош и оргии с праведниками во всех чертогах Богов, что со мной? Соберись, Пепел.

И снова я на том проклятом поле. На этот раз я уже не уверен, где заканчивается реальность, где тонкая грань между памятью о прошлом и моим непослушным сознанием — кто я, молодой Мастер, что отчаянно перебарывает страх, глядя, как и все вокруг, туда, где Бобров и Дружинин задумали невиданное до того на Руси дело — убить царя! За все века, что прошли с объединения и централизации земель русских это было впервые, когда подданые нарушили табу — царей не убивают.

Да, бунтов хватало во все времена, и иные из них были даже настолько успешны, что правитель оказывался низложен — но даже в таких случаях, когда во всем остальном мире поступили бы по самому простому и очевидному сценарию — прикончить проигравшего, дабы обезопасить себя от возможных в будущем рисков, на Руси это произошло лишь раз — в результате чего Борис Годунов, занявший трон царя всея Руси, очень быстро оказался сам низложен, а затем и вырезан вместе со всем своим Родом.

Ну а дальше Господь наслал на не уберегших помазанника божьего царевича Дмитрия народ свою кару — Смутное Время. Именно так вещали церковники, и тогда и я сам им верил... Молод был, слабо понимал, что проклятье дело рук далеко не Творца-Всесоздателя. Хотя и не миф, как утверждали скептики. Там всё было сложнее...